Леони Суонн - Гленнкилл

— Ты думаешь?.. — догадалась Клауд.

Мапл кивнула:

— Бесс видела призрак Джорджа. Однажды она даже чуть не проговорилась. Помните, она сказала, что сможет жить здесь снова не раньше, чем черная овца покинет стадо. Ведь не Отелло же она имела в виду? Нет, она говорила о призраке Джорджа!

Теперь никаких сомнений не было. Мисс Мапл выяснила все до конца. Овцы смолкли.

— А она заполучила ее? — спросила Корделия.

— Что?

— Душу Джорджа. Заполучила она ее или нет?

— Если и заполучила, то ей придется отдать ее, — строго заявил Сэр Ричфилд. — Душа — это противоположность вещи. Что-то, с чем можно открывать мир. Душа — это что-то очень ценное и важное, даже если она такая маленькая, как у людей.

Мисс Мапл покачала головой.

— У нее нет души. Сами посмотрите. У нее такой вид, словно она потеряла что-то навсегда.

Мапл была права. Овцы обрадовались, что душа Джорджа улизнула от Бесс. Но в этом ли заключается справедливость?

— Справедливость! — вдруг заблеял в тишине зимний ягненок. Его не стали прогонять.

— Справедливость! — согласился Отелло.

— Справедливость! — заблеяли все остальные.

— Но в чем? — спросила Лейн.

— Она виновата в том, что Джордж умер, — сказала Клауд. — Будет справедливо, если она тоже умрет.

Это звучало убедительно.

— Не так уж и трудно, — заявил Отелло. — Может быть, мы и не сможем убить ее так же, как убивала она — ядом и лопатой. Но мы можем, например, сбросить ее со скалы.

— Только не со скалы, — возразила Зора.

— Ну и другим способом будет нетрудно, — стоял на своем Отелло.

— Но она говорила, что не боится смерти, — проблеяла Хайде. — Помните? Она все время повторяла это. Но Бесс должна бояться!

Это было справедливо. Ведь они-то такого страха натерпелись в последние дни.

— Мы можем опять притвориться, что заболели, — предложила Корделия. — С Габриэлем это сработало.

Но овцы понимали, что на овечью болезнь Бесс просто не обратит внимание.

Мапл нервно забегала.

— Нужно, чтобы все вышло наружу. Этого боятся они все. Нам нужно постараться, чтобы все вышло наружу. Не из пастушьего вагончика, а из наших голов. Все люди должны это знать. Это и есть справедливость.

— Но они нас не понимают, — заметила Клауд.

— Верно, — признала Мисс Мапл. — Но я думаю, что мы найдем способ им все объяснить, стоит только обратить на себя внимание. Но, увы, они совсем не замечают нас. Их интересует только вагончик.

— За исключением мясника, — ввернула Сара. — Мясника-то как раз овцы очень интересуют.

Но общаться с мясником никому из них не хотелось.

Но мисс Мапл не отступала.

— Есть идея. И мы заставим людей обратить на нас внимание.

Мисс Мапл просияла. Но единственной овцой, способной радоваться ее гениальной идее, была она сама. Все остальные за время ее раздумий уснули.

Они проснулись рано, но решили не выходить из сарая и составить компанию Мопплу, который все еще не мог выйти из своего затянувшегося сна. Утреннее солнце проникало сквозь все щели и дырки и отливало золотом на их шерсти. Настроение у всех было приподнятое.

— Раз они хотят выбрать самую умную овцу, то им придется обратить внимание на овец.

Идея всем понравилась. Втайне их очень интересовал конкурс «Самая умная овца Гленнкилла». Ходили слухи, что там кормят клевером и яблоками и что овцами там все восхищаются. Джордж запрещал им участвовать в конкурсе. «Еще чего не хватало, — говорил он. — Это жюри, эти пьяницы будут судить моих умных овец».

Теперь Джордж был мертв и не мог ничего запретить. Пьяницы они там или нет, но если овцы примут участие, они смогут установить справедливость.

— Мы будем участвовать, — одобрил инициативу Сэр Ричфилд. Глаза его светились энтузиазмом.

— Но как это сделать? — спросила Клауд.

Они стали вспоминать, что им известно о конкурсе.

— Это ловушка для туристов. Если больше нечего предложить… — сказала Хайде.

— Он проходит в «Бешеном кабане», — вспомнила Зора.

Овцы видели этот паб, когда переходили на другие выгоны. Оттуда несло виски и пивом, а в окнах торчали деревенские и следили за Джорджем и его овцами, пока те не исчезали за поворотом.

— Мы просто пойдем туда! — отважно воскликнула Зора. — Другие овцы тоже ведь как-то туда попадают.

Другие! Там будет полно овец, очень умных овец, у которых есть чему поучиться. Может быть, потом они объединятся в большое стадо. Сара радостно шевелила ушами, Зора глубоко, с наслаждением вдыхала прохладный утренний воздух, а Клауд от восторга улеглась на солому.