Дэвид Сэперштейн - Кокон

— Я знаю, что мы друзья и очень сблизились за несколько прошедших недель. Я считаю вас, ребята, своими лучшими друзьями — после моей жены, разумеется. Я хочу рассказать вам о моих чувствах… они мои, и я не претендую на то, чтобы говорить за вас или от вашего имени. Просто отнеситесь, пожалуйста, ко мне терпеливо.

— Продолжай, — сказал Джо. Берни и Арт кивнули.

— Я никогда не думал о себе, как о старике — никогда, точнее до тех пор, пока мы не переехали сюда и не оказались отстраненными от дел, от суеты большого города, от ежедневной деятельности, которую мы называем работой. Тогда я стал чувствовать себя старым, более того, я стал себя чувствовать не нужным. Утомленным. Скучающим. Пришелец назвал нас сверхлюдьми. В десять раз больше способностей, чем у остального человечества. Так вот, разрешите мне сказать вам, что у меня всегда было такое ощущение… может не в десять раз лучше, но я, несомненно, знал и знаю, что я способный человек. Но по какой-то причине, которая сейчас особенно кажется странной, мы живем в обществе, которое говорит нам, что старость бесполезна… старость — начало конца… старость не способна внести что-то… старость уродлива. И мы верим этому.

Остальные трое слушали и ощущали гнев Бена как свой собственный.

— Я не могу определить, что я чувствую сейчас, кроме, только, того, что я сейчас более живой, чем я был на протяжении многих лет. Это не только физическое пробуждение. Мы знаем, что это сделала та комната. Нет, это и духовное пробуждение, а это часть меня, которая всегда существовала. Я ни за что не хочу опять потерять это. Я предполагаю, что то, что я пытаюсь высказать, это что к нам прикоснулось что-то особенное… может быть, Бог. Я чувствую себя избранным… единственным… и не хочу разрушить это.

Арт, смотревший в иллюминатор на заходящее солнце, спросил:

— Что ты не хочешь разрушить, Бен?

— Величайшее, важнейшее событие, которое должно произойти на этой земле со времени рождения Христа.

Берни Льюис встал и пошел на корму. Он глубоко задумался. Джо Финли направился к трапу, ведущему на мостик. Он стал медленно взбираться по трапу. Ему тоже хотелось немного побыть одному хоть немного. Слова Бена потрясли их.

Тишина опустилась на корабль. Гул дизелей и плеск воды, выбивающейся из-под носа корабля, в тихих флоридских водах, смешиваясь с криками чаек и пеликанов, создавали фон для раздумий.

Через двадцать минут Джек услышал, как бы позывные друг от друга. Они собрались в каюте.

Первым заговорил Арт Перлман.

— Джек, мы знаем, что у вар есть некоторый навык читать наши мысли. Но вы не настолько развиты в этом, как мы, потому что мы пользовались антаресским оборудованием. Мы хотели бы иметь возможность разговаривать здесь свободно и знать, что вы будете уважать наше желание, чтобы сказанное здесь, осталось между нами.

— Хорошо, конечно. Но они могут читать мои мысли и таким образом узнать кое-что вопреки моему желанию.

— Мы пойдем на этот риск, вы знаете о них то, что нам тоже необходимо знать.

Джек стал себя чувствовать так, будто его мозг является общественной собственностью, принадлежащей антаресцам и этим четырем старым людям. Но еще он себя почувствовал как передаточное звено… связующее устройство… как посредник, и это было приятно.

— Как я себе это представляю, — сказал Берни, — мы ведем переговоры… деловые переговоры.

— Как контракт? — спросил Арт.

— Да, — ответил Берни.

Бен встал.

— Прежде, чем перейти к терминам, надо решить, можем ли мы до конца идти с этими людьми?

Джо Финли поднял руку, как будто был учеником в классе и старался привлечь внимание учителя.

— Что, Джо? — спросил Бен.

— Когда ты говоришь «идти до конца», что именно ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что мистер Брайт поставил перед нами две задачи, и я уверен, подразумевал, что решение их зависит от сотрудничества с ними.

— Я не вижу затруднений в том, чтобы помочь им использовать комнату и сохранять их силу. Мы, конечно, можем это делать, — сказал Арт.

— Ты упускаешь главное, — перебил Берни. — Тот человек Брайт и Командующий Сияющий Белый — Всякий Свет — говорили нам кое-что другое.

— Правильно, — согласился Бен. — Они не думают, что им удастся поднять и привести в действие их армию. «Испорчена» — вот то, что они сказали.

— Повреждены водой, — дополнил Джек.

— Точно, повреждены водой. Поэтому вдобавок к помощи им, мне кажется они говорили, что мы… вся наша четверка… и другие люди такие, как мы… стали бы… или могли бы… стать их армией. — Бен сел.