Данил Каличкин - Полигон

– Собрал. Хватит на целую армию, – Ганс резко согнул руку с мешком в локте и из мешка прозвучал очень приятный на слух звон монет. Ухмылка с лица хозяина мгновенно пропала, и он лестно улыбнулся.

– Что желаете? На ваш выбор – топоры, короткие мечи, бастарды, двуручные мечи, любые доспехи!

Ганс осмотрелся по полкам. Неизвестно куда приведет его дорога, и неизвестно с чем он столкнется. Но вспоминая разрушение Ангейта, он понимал, что нет никакой нужды тащить на себе громоздкие доспехи. Да и нужно бы ему держаться в тени…

– Мне нужна одежда из выдолбленной кожи. Также нужна короткая кольчуга и меховой плащ. Меч нужен среднего размера, но хороший и острый.

– Отто! Принеси нашу лучшую кожу и лучшую короткую кольчугу для гостя!

Мальчишка сорвался со своего рабочего места и на ходу срывая фартук пробежал мимо них в каморку.

– Ну а что до меча… для особого гостя – особый подарок, – старик с улыбкой подошёл к сундуку за высокой стойкой. Из–за спины он достал ключ и провернул его, потом ещё один ключ и сделал то же самое, наконец, он достал последний ключ и открыл сундук. Старик особо аккуратно достал длинный узкий и слегка изогнутый меч.

– Легендарный трофей времен Бренейской экспансии на западное побережье: катана Масамунэ. Вы ведь, добрый господин, помните, что Бреней тогда не только захватил большую часть побережья Эмирата, ещё больше ввергнув страну в нищету, но и отчасти, прошёлся по островам Янарта. Достался мне от одного моего товарища, что служил в Королевском флоте Бренея, тот пристрастился к бутылке и не мог в полной мере осознать, что у него имеется. Его отняли у одного Янартского солдата, облаченного в панцирь и сражавшегося до конца, причудливый пластинчатый доспех его владельца, к сожалению, был полностью изрезан.

– Что это вообще такое? Почему меч изогнутый? Как этим вообще можно биться!?

– Достопочтенный господин, прошу вас! Не делайте поспешных выводов! Возьмите и разрубите моё кресло одним лёгким взмахом! Прошу вас!

– Мастер, но это же ваше любимое кресло, вы… – малёк вышел из каморки с заказом на руках и недоумевал.

– Заткнись!

Он вытянул обе руки с лежащей на них катаной. Ганс вытянул её из ножен и сразу же обратил внимание на то, какой он чистый, элегантный, изящный и лёгкий.

– Говорят, все янартские мечи имеют свою историю, но увы, из–за закрытости страны в наши времена, выявить историю этого клинка не представилось возможным.

Ганс подошёл к очагу и вытянул катану от груди, легким движением он махнул ею вниз и разрубил кресло пополам, что весьма его удивило.

– Беру.

– Отлично–отлично! Скорее пройдите в комнату, снимете с себя эти тряпки!

Ганс вошёл в комнату и без церемоний сорвал с себя рубаху и штаны. Резко нацепил на себя все свои обновки: кожаный походный костюм, кольчугу и плащ.

– Господин, вы прекрасно смотритесь! Не зная Вас, я подумал бы, что передо мной барон! Итого: двадцать серебряных монет за костюм, тридцать за кольчугу, пять за плащ и сто за катану!

– Да это же грабёж!

– Вы получаете лучший меч на всём восточном побережье! Он стоит своих денег! – Ганс отроду не имел больших денег и цену им прекрасно знал. Он не успел пересчитать сколько серебра он получил благодаря Айваресу, но платить сто серебряных монет за кусок стали, пусть и очень хорошего качества, он считал расточительством. И тут он вспомнил слова Айвареса…

– Слушай, я выжил в Ангейте, и думаю, что это не самый лучший меч, ведь поверь мне, как и прочие мечи, он имеет свойство плавиться в огне. Его цена…

– О, Боги! Забирай! Забирай всё! Забирай всё и убирайся!

Ганса вместе с катаной и его новой одеждой вытолкнули на улицу и молниеносно закрыли дверь. Ему стало неловко, ведь он почти что ограбил кузнеца.

– Господин, позвольте я оплачу, только сделайте скидку…

– Убирайся прочь, сатанинское отродье! Отто! Где талисманы!? Отто?!

Удивление от настолько сильной веры в Богов заставило Ганса протрезветь. Видимо Айварес и впрямь был прав насчёт этого. Ганс взял катану в левую руку и хотел было закрепить её на поясе, но пояс он купить забыл. Думая, что спросит у Тита, где взять пояс, уже в обновках он вышел из крыльца кузницы, не забыв при этом запихнуть несколько монет под дверь и вошёл в неутихающую толпу. Глядя на него, люди почтительно расступались. И всё же внешний вид имеет значение: ведь пару минут назад они презирали его! Гансу очень захотелось их всех проучить, отчего он задрал голову вверх, вытянув подбородок и надменно смотря на всех окружающих, что видели в нём, не иначе, как сказал кузнец – барона. Никому даже в голову не пришло отсутствие свиты, но ему было приятно, что смог он их проучить, хотя и не был уверен, что эти люди хоть что–то поняли. Миновав толпу, он подошёл к таверне, напротив которой встали две телеги, по–видимому, странствующих торговцев. Ганс вошёл в таверну, она уже не была пустой, как когда он уходил, а в ней вновь кипела жизнь. Он прошёлся по ней, ловля неодобрительные взгляды всех не самых добрых людей, что собственно всегда и собираются в подобных местах, ибо Ганс верил, что никто из людей порядочных такие увеселительные места сомнительного толка посещать не будет. Он подошёл к стойке, где сидел Айварес.