Иван Сербин - Сделка

— Бороду? — удивился Панкратов.

— Да. По-моему, борода вам очень шла.

— Я не ношу бороды.

— Но на фотографии в паспорте-то вы с бородой.

— В шестнадцать лет? Помилуйте. — Панкратов легко отхлебнул кофе. — Я никогда не носил бороды. Бороды неэстетичны. И потом, врачи не рекомендуют. Говорят, растительность на лице ведет к развитию раковых заболеваний в полости рта. Нет, я категорически против бороды.

И вдруг Максим все понял. Пассивный бисексуал Панкратов не стал бы носить бороду. То есть, конечно, физически мог, но психологически… Неэстетично — размытое понятие, которое трактуется — в случае с Панкратовым — неоднозначно.

— Простите, Валерий Валериевич, если не секрет, сколько вам лет?

Панкратов посмотрел на Максима с неким любопытством.

— А почему это вас интересует? Я уже совершеннолетний. — Он засмеялся, но немного неловко, поняв двусмысленность собственного ответа.

— А все-таки?

— Двадцать пять.

— А поточнее?

— Двадцать пять и один месяц.

— Ага, — Максим кивнул утвердительно. — Скажите, а вам знаком высокий молодой человек, плечистый, похожий на вас бородатый блондин.

Панкратов подумал.

— У меня есть несколько знакомых с подобной внешностью. Хотя очень похожие люди, как вы понимаете, встречаются довольно редко, но общее сходство вполне можно найти, если постараться. Все зависит от восприятия.

— Я имею в виду, — Максим порылся в кейсе, вытащил фотографию, полученную в паспортном столе, и положил ее на столик. — Я имею в виду вот этого.

Панкратов изящно наклонился вперед, двумя пальчиками взял карточку и повернулся к окну. Затем поднялся, включил верхний свет, изучил фотографию более внимательно и хмыкнул изумленно.

— Так что, вы знаете этого человека? — Максим прищурился.

— Вообще-то, — заметил Панкратов нерешительно, — он похож на одного моего… — Опять легкая заминка, вполне заметная, но ничем не оправданная, когда речь идет о просто знакомых. — На очень близкого друга, — быстрый взгляд на Максима, — очень близкого. Я не утверждаю, конечно, что это он, но похож. Правда, мой знакомый не носит бороду. И волосы у него все-таки темные, и стрижка довольно короткая.

— То есть, — продолжал нажимать Максим, — скажем так: если бы ваш близкий друг отпустил бороду и волосы и осветлил бы их, то это мог бы быть он.

Панкратов несколько секунд подумал, а затем отрицательно покачал головой:

— Нет, вряд ли.

У Максима опустились руки.

— Почему? — спросил он.

— У моего знакомого не может быть ТАКОЙ бороды. Знаете, он несколько раз оставался у меня ночевать… э-э… ну, знаете, иногда приходишь в гости, задержишься, темно, поздно… Времена смутные, да и район, честно говоря, не самый спокойный. Ну я и предлагал переночевать у меня. Вы понимаете?

— Да, конечно, — подтвердил Максим, не заостряя внимания на сексуальной ориентации Панкратова.

— Несколько раз мне доводилось видеть щетину на щеках Сережи. Так его зовут.

Максим уже понял, о чем сейчас скажет Панкратов, но не перебивал.

— У него борода растет такой узкой полоской: от скулы, вот тут по подбородку, — Панкратов показал, — и вот здесь, под нижней губой. Но повторяю, такой густой бороды у него быть не может. Посмотрите, у человека, изображенного на фотографии, борода растет практически из-под самых глаз, начинается высоко на щеках, а у моего приятеля бородка узенькая. Но глаза… Глаза очень похожи.

— Понятно. Скажите, Валерий Валериевич, а когда вы в последний раз видели свой паспорт?

— Паспорт? — Панкратов подумал. — Трудно сказать. Месяца четыре назад, наверное.

— Так давно?

— А зачем он мне? — пожал плечами Панкратов. — За границу я не выезжаю, пособий не получаю, гуманитарную помощь тоже. Что еще?

— В поликлиники не ходите? — поинтересовался Максим. — В поликлинику-то, наверное, ходили? А ведь там приходится предъявлять кучу документов. Паспорт в том числе.

— Простите, Максим Леонидович, — мило и деликатно улыбнулся хозяин. По выражению его лица можно было догадаться о следующей фразе, которая скорее всего вертится на языке, но не будет сказана: «Прощаю вам, Максим Леонидович, подобное предположение, поскольку вы человек военный и образ мыслей у вас соответствующий». — Видите ли, — все так же улыбаясь, продолжал Панкратов, — бесплатная медицина чревата опасными осложнениями. Как говорил герой Борисова в «Луна-парке»: «Жить в этой стране еще можно, лечиться — ни в коем случае*. Никогда не посещаю эти прозекторские заведения и вам не советую. Я хожу исключительно в платные поликлиники. Это, правда, стоит приличных денег, но зато врачи стараются и есть с кого спросить в случае чего.