В восемь часов вечера господин Конокрадов продрал глаза. Было тихо, и только полоска света из-под кухонной двери говорила о том, что там кто-то есть. Хозяин квартиры тяжело поднялся и вышел в прихожую.
На его кухне, за его столом сидел совершенно незнакомый молодой человек в джинсовой куртке и мягких борцовках на ногах.
«Вор!» — подумал новый русский со смешанным чувством страха и торжества.
Незнакомец смотрел на Артура спокойно, но так, словно ему почему-то было тяжело напрягать зрение.
— Как ты сюда попал? — спросил Конокрадов дрогнувшим от волнения голосом.
— Войди и сядь, — последовал совет, к которому нельзя было не прислушаться, или приказ, которому нельзя было не подчиниться.
Артур так и поступил.
— Что за дела, мужик?.. — спросил он, стараясь оставаться хозяином положения. — Вали отсюда по-хорошему, пока я добрый.
Ни богатырским ростом, ни статью ночной гость не отличался, и от этого у бизнесмена немного отлегло от сердца.
— Ты меня знаешь, Артур Конокрадов, — все так же спокойно произнес незнакомец. — В мае девяносто первого вы всемером изнасиловали мою жену, а потом сожгли ее в машине.
Конокрадова будто осыпали калеными углями. Пол под его ногами пошатнулся.
— Ты что… ты того… съехал, мужик?! — с трудом обретя дар речи, залепетал он. — Какую жену?!. Какую еще машину?!.
— Не старайся, не надо. Я пять лет вас искал. Смерть за смерть, Артур.
Теперь Конокрадов вдруг понял, что за фотографию он достал из своего почтового ящика и с кем обещала встречу подпись на обороте. Было такое, было… после этого два армейских года, да и потом он жил в страхе. Лишь в последнее время этот камень вроде бы свалился с души. Борька Битюков из Лунева сказал, что улик у ментов нет и дело они «подвесили», а парень тот не то руки на себя наложил, не то за бугор уехал. И вот он… живой, значит?
— А ты докажи!.. Докажи! — выпалил Артур и осекся, наткнувшись на ледяной взгляд.
— Нет. Ничего доказывать тебе я не буду. Когда приходит смерть, она ничего не доказывает, Артур. Собирайся.
«Говорит, как робот какой-то… — подумал Конокрадов, чувствуя, как покрывается холодным потом. — Может, не один пришел?..»
— Куда это? — презрительно хмыкнул хозяин, но получилось нечто вроде всхлипа.
— На свидание. Разве ты приглашение не получил?
«А может, он шизанутый?! — метнулась лихорадочная мысль. — Ну конечно! Сбежал из психушки… И глаза… глаза психа, отмороженного!.. Что делать?.. Позвонить?.. Сбежать из собственного дома? Убить его и… сообщить в милицию: мол, бандит залез в квартиру… к тому же приватизированную — частную, значит, собственность! А что?.. Это идея. Можно для верности вложить в его руку нож…»
— Подумай лучше о душе, Артур, — словно угадал его мысли бесстрастный мститель. — Хотя у тебя ее нет, так что не тяни понапрасну время.
Конокрадов привстал, сгруппировался, схватил табуретку, поднял ее над головой, намереваясь обрушить на незваного гостя, но в ту же секунду мощный короткий удар выброшенного кулака повалил хозяина квартиры на пол.
— Прими смерть, Артур, — все так же спокойно сказал молодой человек, не вставая с места. — Я слишком долго готовился к встрече с тобой, чтобы чего-нибудь не предусмотреть и дать тебе возможность уйти. Встань.
Конокрадов встал на карачки, с трудом хлебнул воздуха.
— Меня не было с ними, я не трогал ее! — простонал он сквозь слезы и сопли.
— Ты был там. Хватит болтать. Надоело.
— Погоди!.. Выслушай. Зачем тебе убивать меня? Что моя смерть может прибавить к твоей жизни? У меня есть деньги, много денег, я отдам тебе все. И впредь буду работать на тебя, слышишь? Подумай, ты поставишь своей девчонке памятник, ты поможешь ее родителям!..
— Та, которую ты называешь девчонкой, была моей женой. Она была на втором месяце. Сейчас нашему ребенку было бы четыре с половиной года.
— Моя невеста… она тоже… — пробормотал Артур.
— Предлагаешь отплатить тебе той же монетой? — усмехнулся незнакомец. — Я не насилую беременных. Если хочешь, можешь написать покаянную записку. Я сохраню ее как память о тебе.
Каким-то чутьем Конокрадов уловил, что этот бесстрастный, жестокий, обозленный человек не отступится, не пощадит.
— Можешь повеситься сам. Я с интересом посмотрю. Ну?.. Один из вас предпочел выпрыгнуть в окно. Я позволил ему сделать это, но только потому, что он жил на двенадцатом этаже. Ты живешь на третьем, Артур, и тебе такого шанса я не предоставлю.
Конокрадов понял, что терять нечего, взревел и кинулся на своего потенциального палача головой вперед, метя ему в лицо. Но и на сей раз неуловимым движением он был повержен, больно стукнулся затылком о кафельный пол и уже не вставал.
Читать дальше