Лев Пучков - Пасынки Джихада

— Свободны, — буркнул комдив. — Команду караулу я дал.

— А транспорт…

— Транспорт ваш подогнали к КПП. Претензии есть?

— Нету.

— Ну и славно. Всё — не смею более задерживать.

— Не сочтите за бестактность… — главный местный чекист подчёркнуто любезно улыбнулся Иванову. — Можете, конечно, не отвечать… Но меня разбирает любопытство: чем это вы таким занимаетесь в моём городе? Почему за вас вступились с таких верхов?

— Просто Родину защищаем, — вполне искренне ответил Иванов. — Понимаете? Осечки бывают у всех, мы ведь живые люди. Но мы тут не херней маемся, как некоторые считают, не строим какие-то козни, чтобы только напакостить вам побольше… Просто работаем. Знаете, есть такая простая работа: Родину защищать.

— Ну-ну, — прокурор мрачно глянул на Иванова и многозначительно ткнул пальцем вверх. — Это ничего, на каждую протекцию есть управа… Вы далеко не теряйтесь. Завтра будет бригада из Москвы, совсем с другими полномочиями, не чета нам, сельским… И у них к вам будет масса вопросов. Так что спокойной жизни не обещаю.

— Насчёт жизни — это я в курсе, — Иванов тяжело вздохнул. — С завтрашнего дня жизнь у нас будет до того динамичной и непредсказуемой — врагу не пожелаешь…

За заботу, конечно, Вите большое спасибо, но дополнительный гостиничный номер нам был совершенно ни к чему. Нас и так неплохо разместили, на семерых — четыре двухместных полулюкса. Лиза на правах дамы занимала отдельный «апартамент». «Подтягивать» с базы резерв не было смысла: водила «бардака» (БРДМ) Саня Жук и братья Подгузные — прапора из группы хозяйственного обеспечения, ребята в целом неплохие, но использовать их можно либо строго по назначению, либо в прикладном аспекте простых боевых задач. Например, поддержать огоньком из башенных пулемётов «бардака», прикрыть бронькой от стрелкового оружия или посадить дополнительную огневую точку в кустики на склоне да вручить по гранатомёту. Это да, это они могут запросто.

Однако прежде чем в кого-то стрелять из пулемётов и рвать гранатами — надо этих «кого-то» найти. То есть придётся заниматься оперативной работой. Для оперативной работы наши хлопцы оставшиеся на базе, годились мало и потому существенно поправить ситуацию не могли. Значит и вызывать их незачем — чего людям зря мотаться?

А лучше бы спецпредставитель вместо дополнительных апартаментов подкинул нам какую-нибудь идейку. Нет-нет, не отвечать на извечный русский вопрос — мы и сами знали, что делать. Чего тут думать, трясти надо! В смысле — искать. Двадцать четыре часа в сутки, со всем напряжением сил и сноровки.

Идея же нужна была такая: с чего начинать? К идее неплохо было бы иметь хотя бы крохотный кончик той самой путеводной нити, что поможет потом размотать весь клубок. Или хотя бы намёк на то, где этот кончик искать.

Увы, ничего этого Витя нам дать не мог даже при всём своём желании. Потому что он был далеко и занимался совсем другими делами. Важными и государственными. А мы все были здесь, наблюдали за процессом с максимально короткой дистанции, что называется — «вживую» (правда, если вспомнить, что мы видели дома у Руденко, это определение можно смело оспорить)… Да, наблюдать-то мы наблюдали, а потом всё подряд упустили, «запороли» и при этом умудрились оказаться едва ли не самыми крайними в этой скверной истории.

В общем, приехали мы в «Зарю», привели себя в порядок и собрались в полковничьем номере (апартаменты Иванова и Глебыча) на вечернее совещание. Несмотря на тяжёлый день, обрушивший на команду колоссальную нагрузку как в психическом, так и в физическом плане, у всех было такое настроение, что надо немедля что-то делать, куда-то бежать, за кем-то подсматривать-подслушивать, где-то выставлять посты, короче говоря — быстро, быстро, можно даже бегом!

Посидели мы с полчаса, пообщались, анализируя имевшуюся в нашем распоряжении информацию… И желание тотчас же заняться чем-то полезным у всех с разной скоростью сошло на нет. Первым потух Костя Воронцов — самый сообразительный, потом Лизин взгляд сделался равнодушно-сонным, она начала зевать, за ней Глебыч слегка взгрустнул…

Общепризнанный оперативный гений Иванов боролся дольше всех, ворочая доступные нам данные и так и этак, но уже понятно было, что всё это впустую. Достаточно хорошо изучив контрразведчика за время совместной работы, я с уверенностью мог сказать, что он даже представления не имеет, с чего начинать. Не в том плане, что мы завтра с утра совсем без работы останемся — чем нас занять, полковник всегда найдёт! Была бы только от этого польза…