* * *
— Нужна ли культура религиозному человеку? — спросил сосед Ходжу Насреддина.
— Культура есть искусство тонкостей, — ответил мудрец, — а тончайшая тонкость — Бог.
* * *
— Не является ли самопознание разновидностью эгоцентризма? — спросил Ходжу Насреддина сосед.
— Высшее «я» признает все пути познания себя, — ответил Ходжа, — а эго — единственный: самолюбование.
* * *
— Скажи нам, что такое авторитет, — попросили ученики Ходжу Насреддина.
— Авторитет — это суррогат, — ответил Ходжа. — Мелкая монета для нищего, костыль для хромого, корсет для стареющей красавицы.
* * *
— Есть ли у тебя вера? — спросил Ходжу Насреддина скептик.
— А что, завидно? — отозвался великий мистик.
* * *
— С чего начинается любовь в Богу? — спросил сосед Ходжу Насреддина.
— С момента, когда богопознание перестает быть богоборчеством, — ответил мудрец.
* * *
— Противен ли Богу атеизм? — спросили Ходжу Насреддина.
— В той мере, в какой Он дорожит Своим авторитетом, — ответил Ходжа.
* * *
— Нужна ли святому честность? — спросили Ходжу Насреддина.
— Да, если он хочет правильно измерять свое расстояние до Бога, — ответил великий мистик.
* * *
— Закрыта ли дорога к Богу для человека, равнодушного к своим близким? — спросили у Ходжи Насреддина.
— Близкие — не единственный путь ко Всевышнему, — ответил мудрец, — хотя и самый близкий.
* * *
К Ходже Насреддину зашел юный мистик.
— Отрешаясь от мирских забот, — сказал он, — я чувствую удивительную легкость — но через некоторое время мне начинает и чего-то не хватать.
— Этим ты отличаешься от ангелов, — заметил Ходжа. — А вместо крыльев Господь благословил тебя башмаками.
* * *
— Что делать, если я не чувствую Божественного присутствия? — спросил сосед Ходжу Насреддина.
— Ощути как Божественный подарок Его временное отсутствие, — предложил мудрец.
* * *
— Объясни нам, что такое философия, — попросили ученики Ходжу Насреддина.
— Философия есть искусство глубокого понимания, — ответил Ходжа. — Взгляните, к примеру, на моего ишака. С точки зрения прохожих, я езжу на нем. Я сам, учитывая его нрав, полагаю, что в гораздо большей степени он ездит на мне. А с философской точки зрения мы неразличимы как предикаты верховой езды.
* * *
— Чем Божественная забота отличается от человеческой? — спросили ученики Ходжу Насреддина.
— Хозяйка, ухаживающая за коровой, запасает ей сено на зиму, — ответил Ходжа. — А Бог, заботясь о той же корове, посылает ее хозяйке младенцев, чтобы нужда семьи в молоке превышала ее потребность в мясе.
* * *
— Почему Законы Бытия так глубоко спрятаны от людей? — спросил Ходжу Насреддина философ.
— Пока ты барахтаешься в Море Жизни на волнах Обыденного Смысла, ветер Мирских Соблазнов плещет тебе в глаза пеной Заблуждения с гребней Личного Эгоизма, так что разглядеть Дно Существования нелегко, — объяснил Насреддин.
* * *
К Ходже Насреддину пришел юный мистик.
— Иногда мне кажется, что в мире нет ничего, кроме Божественной любви, — сказал он, — а иногда она куда-то девается. Какому же чувству верить?
— Если ты веришь Божественному опьянению, — заметил Ходжа, — почему такое недоверие к Его похмелью?
* * *
— Путь, который я избираю, никогда меня не устраивает, — пожаловался Ходже Насреддину ученик. — Сделав по нему два шага, я тут же ощущаю его неистинность.
— Ящерица твоего Сомнения слишком уютно устроилась в Болоте Раздумий, — ответил Ходжа. — Забросай ее кокосами Личной Значимости с пальмы твоей Гордыни.
* * *
— Каким путем лучше идти: Справедливости или Милосердия? — спросили ученики Ходжу Насреддина.
Ходжа сказал:
— В горней Обители Великих Архетипов есть оазис Божественного Присутствия; там влага ручья Милосердия питает корни дерева Справедливости, заботливо укрывающего своей пышной листвой его прозрачные струи от палящего солнца Реальной Действительности.
* * *
— Что делать с постоянно разъедающими душу сомнениями? — спросил ученик Ходжу Насреддина.
Ходжа сказал:
— Попроси макаку Профанации вооружиться топором Здравого Смысла и срубить под корень пальму твоей Гордыни. Окончательного успеха она не добьется, но основательно пропотеет и отчасти очеловечится.
* * *
— По какому признаку можно отличить Будду? — спросил ученик.
Читать дальше