— Эге… Недаром меня называют румским пашой. Из твоего Кероглу сделаю я такого Кероглу, что второй выскочит у него из брюха.
Рассмеялся Белли-Ахмед и ответил:
— Эх, паша, что сумели поделать с Кероглу крокодилы, чтобы могла с ним справиться такая ящерица, как ты?
Паша разъярился. Протянул руку, хотел схватить огромный камень и швырнуть им в голову Белли-Ахмеда, но как ни тужился, сдвинуть камня с места не мог. Поостыл его гнев, и он сказал:
— Бросил бы камень в твою голову и превратил тебя в кашу. Но, проклятие шайтану, ради Кероглу поберегу тебя. Когда он приедет, покончу с обоими разом.
— Паша, — ответил ему Белли-Ахмед, — герои не могли совладать с Кероглу. А теперь, неужели Кероглу стал до того беспомощным, что поддастся такому размазне как ты?
Разгневался паша. Хотел было опять схватить огромный камень, но, посмотрев на него, опять поостыл.
— Ничего, — сказал он, — поймаю, поймаю. Это совет самой Махбуб-ханум, а ее еще никто не перехитрил. Тот, кто бросил тебя на дно колодца, бросит и его. Тогда и поговорим!
И паша удалился.
Если у Белли-Ахмеда была одна печаль, то теперь стало их две. Он забыл о своем горе, и стал думать о Кероглу, — как бы известить его. Но сколько ни думал, придумать ничего не мог.
Теперь оставим Белли-Ахмеда в колодце, расскажу вам об удальцах.
Была ночь, когда они подъехали к Руму. Все спали. Объехали они город, видят площадь, и в конце ее стоят на страже пять-шесть воинов. Тыпдагыдан бесшумно сошел с коня. Передал поводья Танрытанымазу, а сам подошел к воинам и спросил:
— Что вы делаете тут в ночную пору?
— Тут пленник, мы сторожим его, — ответил один из них.
Посмотрел Тыпдагыдан по сторонам и сказал:
— Но ведь это площадь. Кто держит на площади пленников?
Тыпдагыдан нарочно затягивал разговор, чтоб высмотреть, где колодец. Ведь прислужница им говорила, что Белли-Ахмеда бросили в колодец на площади.
— Смотри, вон там колодец. Пленник в колодце.
— А кто он такой?
— Какой-то разбойник. Откуда мы знаем. Кто говорит, что это Кероглу. Кто говорит, его дружок. Никто ничего толком не знает.
В это время и Танрытанымаз, привязав в сторонке лошадей, подошел к ним. Слышат удальцы, издали доносится чье-то пение. Прислушались и узнали — да это же голос Белли-Ахмеда. Белли-Ахмед пел:
Где сейчас оказался я, бог мой?
Защити, помоги, пощади.
Перехвачены все перевалы и тропы,
Нет пути, помоги, пощади.
Час пришел — неприятель потешится вволю,
Сколько выпало слез и мучений на долю.
Если хитростью он Кероглу схватит в ноле, —
Не спасти. Помоги, пощади.
Если вырваться б вновь удалось Ахмеду,
На коне да с мечом бы я встретил победу,
Но в колодце — один — обречен я на беды, —
Друг, прости, помоги, пощади.
Едва услышав голос Белли-Ахмеда, Тыпдагыдан с мечом в руке, бросился на воинов. Танрытанымаз хотел уладить дело мирно. Но видя, что Тыпдагыдан ринулся в бой, не стал медлить, кинулся ему помогать. Пять-шесть воинов паши темной ночью попались в руки удальцам Кероглу. Ясно, что они даже не успели глазом моргнуть. В одно мгновение разделавшись с ними, бросились удальцы к колодцу. Тыпдагыдан запел:
Попал в беду Белли-Ахмед, —
Пришли на выручку тебе.
Но где же ты, Белли-Ахмед?
Пришли на выручку тебе.
Услышав голос Тыпдагыдана, Белли-Ахмед тотчас узнал его и отозвался:
Пришли на выручку ко мне,
Тыпдагыдан, Тыпдагыдан.
Теперь достигну я всего,
Тыпдагыдан, Тыпдагыдан
Тыпдагыдан продолжал свою песню:
Пустить в опор Агджагузу,
Чтоб вражий глаз пролил слезу,
На город напустить грозу —
Пришли на выручку тебе.
Белли-Ахмед ответил:
Я вижу: цель моя близка,
Хотя в стальной цепи рука,
Мою Махбуб грызет тоска,
Тыпдагыдан, Тыпдагыдан.
Тыпдагыдан пропел:
Моря прошли мы поперек
Горит египетский клинок.
Бежит охрана наутек.
Пришли на выручку тебе.
Белли-Ахмед откликнулся:
Пусть удальцы поднимут щит,
Пусть шестопер врага страшит.
И пусть паша от них бежит,
Тыпдагыдан, Тыпдагыдан.
Тыпдагыдан захватил с собой из Ченлибеля длинную цепь. Поспешно опустили они ее в колодец и вытащили Белли-Ахмеда. Обнялись, расцеловались с ним.
— Ну, теперь, — сказал Белли-Ахмед, — я сотворю с этим пашой такое, что все косточки у его запляшут.
— Нет, — возразил ему Танрытанымаз. — Нигяр-ханум приказал тихо придти и тихо уйти. Надо сейчас же убраться отсюда. Ведь не умрет твой паша сегодняшней ночью. Слава аллаху, пока что он жив, а мы еще не умерли. Отомстим потом.
Читать дальше
