Кероглу

— Душа моя, Махбуб-ханум! Ты и об этом не думай. У меня есть проводник.

Махбуб-ханум тут же прервала ее:

— Нет, нет. Открывать эту тайну никому нельзя.

— Моему проводнику можно сказать. Ему ли посвятишь свою тайну, или колодцу, все равно — никому о том не узнать.

— Кто же твой проводник?

— Пойдем, покажу.

Прислужница привела Махбуб-ханум в конюшню. Увидев Дурата, Махбуб-ханум поняла все и похвалила прислужницу.

— Ханум, — сказала прислужница, — лучшего проводника не сыскать. Он повезет меня прямо в Ченлибель.

— Ты, права, приготовься к отъезду, а я напишу Кероглу.

Итак, не буду долго туманить вам головы, а без лишних слов скажу, что прислужница оседлала Дурата, надела на него узду и вывела во двор. Пришла и Махбуб-ханум. Сказала она, что надо было сказать, поручила, что надо было поручить, вручила записку и отправила девушку. Та пустилась в путь-дорогу. Пока не выехала из города, ехала шагом, но как только выбралась за город, опустила поводья.

Дурат словно понял, что от него требуется, вихрем понесся к Ченлибелю. Прислужница, как ни старалась, не могла подобрать поводья. Видит, ничего не выходит, уцепилась за гриву коня и прижалась к шее Дурата.

Теперь послушайте, о ком расскажу я вам. О ком же? О Кероглу.

Светало. Кероглу опять стоял на горе Аггая и смотрел на дорогу. Вдруг видит, пыль на дороге поднялась столбом. Туман смешался с пылью, пыль с туманом. Вгляделся он пристально, смотрит, это Дурат. И несется так, что искры летят из-под копыт. Крикнул он, и в миг высыпали удальцы. Дурат прискакал и стал прямо перед Кероглу. Смотрят они, на спине коня какая-то девушка. Спрашивают:

— Кто ты?

Девушка протянула им письмо Махбуб-ханум. Пока Кероглу читал письмо, Дели-Мехтер снял девушку с коня. Прочел Кероглу, что написала Махбуб-ханум: «Кероглу! Белли-Ахмед на пороге смерти. Как только получишь мое письмо, или приезжай сам, или как-нибудь иначе спаси его от гибели».

А в конце письма подпись: «Дочь румского паши Махбуб-ханум».

Кероглу спросил девушку:

— Скажи, что все это значит? Где Белли-Ахмед? Кто ты такая!

Девушка рассказала Кероглу от начала до конца все, что было. Когда ему стало все известно, крикнул он Дели-Мехтеру:

— Скорей, седлай Гырата!

Тотчас Дели-Мехтер оседлал Гырата и подвел его к Кероглу. Когда тот вложил ногу в стремя, Нигяр-ханум подошла и сказала:

— Постой, Кероглу. С самого начала дело это было мне не по душе. Эта Махбуб-ханум что-то хитрит. На этот раз ты не поедешь. Пусть за Белли-Ахмедом поедет кто-нибудь другой.

— Нет, Нигяр, поеду я сам, — ответил Кероглу. — Я должен наказать этого пашу так, чтобы об этом век помнили.

Тут выступил вперед Танрытанымаз, схватил коня за узду и сказал:

— Кероглу, до сих пор всюду ездил ты, а я оставался в Ченлибеле. Теперь поеду я.

Кероглу очень любил и отличал Танрытанымаза. Он никогда ни в чем ему не отказывал. Медленно вынул он ногу из стремени и сказал:

— Хорошо, отправляйся! Но не один. Возьми с собой кого-нибудь из товарищей!

Окинул Танрытанымаз взглядом удальцов, видит — все так и рвутся в бой, на лицах у всех написано: о великий аллах, хоть бы он выбрал меня! Обернулся он к Тыпдагыдану и сказал:

— Тыпдагыдан! Готовься, поедем!

Тыпдагыдану словно подарили небо и землю. Счастливый и довольный, бросился он к конюшне. Подошла Нигяр-ханум к Танрытанымазу и сказала:

— Танрытанымаз! Смотри, не затевайте в Руме ссор. Лучше будет так, чтобы вас совсем не узнали. Действуйте осторожно, ночью. Освободите Белли-Ахмеда и привезите его. Месть пока отложим. Мы будем ждать вас ровно три дня. Приедете значит приедете, а нет, тогда пошлем за вами удальцов.

Танрытанымаз приложил руку к глазам:

— Слушаюсь и повинуюсь!

Тыпдагыдан оседлал коня, вывел его из конюшни, удальцы распрощались со всеми и хотели уже вложить ноги в стремена, как прислужница поднялась с места.

— Куда ты? — спрашивают ее. — А разве я не поеду?

— Нет, — сказал Кероглу, — пока удальцы не вернутся, ты останешься здесь. Была бы ты мужчиной, я приказал бы тебя заковать в цепи, но ты девушка и останешься с женщинами.

Потом повернулся к Телли-ханум:

— Телли-ханум, не спускай с нее глаз.

Итак, оба удальца, распрощавшись с Кероглу, женщинами и своими дружками, сели на коней и пустились в путь-дорогу. Перевалили через горы, проехали ущелья и, наконец, добрались до Рума.

Оставим их тут. О ком бы мне рассказать вам? О ком же? О паше. Паша-то был не очень богат умом. Он поверил всему, что говорила Махбуб-ханум. Когда он отправил военачальника в Стамбул с письмом к султану, а войско в горы за камнями, пошел он к колодцу и сказал: