Admin - <4D6963726F736F667420576F7264202D20D4E8EDCFEEF0F2C0F0F2F3F02DD2EEEAE8EE2E646F63>

в борт и пара свежих шестидюймовых фугасов с «Победы», легших по ватерлинии: «Ивате» с

небольшими перерывами обстреливался с начала боя.

Карпышев хорошо запомнил один из главных уроков русско-японской войны - японские

броненосцы почти непотопляемы для русской артиллерии. Хотя новые взрыватели и

взрывчатка могли это изменить, артиллеристам всех русских кораблей линии был дан

парадоксальный на первый взгляд приказ. "При равном удобстве ведения огня по броненосцу

и броненосному крейсеру - выбирайте в качестве мишени крейсера". В результате первая фаза

боя у Шантунга, до вступления в дело броненосцев Макарова, в некоторых источниках потом

носила название "крейсерской резни".

***

Командир «Ивате» каперанг Такемоти, спустя примерно минуту после взрыва,

почувствовал быстрое нарастание крена на левый борт. Связавшись с нижним казематом

левого борта, и уяснив объем повреждений, он приказал рулевому:

- Поворот влево, три румба, плавно! Одерживай!

- Нет, нет, господин капитан первого ранга! Адмирал поднял сигнал ворочать ВПРАВО,

- попытался поправить командира штурман, подумавший, что тот просто неверно услышал

доклад сигнальщика о полученном приказе.

- Я знаю, что приказал адмирал, помолчите, - на секунду оторвался от амбущюра,

ведущего в каземат левого борта, капитан и заткнув молодого лейтенанта, снова начал орать в

переговорную трубу во всю мощь легких, отдавая приказания артиллеристам, - немедленно

задраить амбразуры орудий нижних казематов левого борта! Через пять минут полупортики

окажутся под водой, если вы их не закроете, мы просто опрокинемся! Вы меня поняли?

Еще в завязке боя, до избиения "пересветов" японскими броненосцами, они всадили в

борт «Ивате» два десятидюймовых снаряда. Первый попал в носовую оконечность, второй

пробил пояс под средним казематом. Кроме того, в бронепояс многострадального корабля

попали два снаряда калибром двенадцать дюймов, и с полдюжины шестидюймовых. Не все

они пробили броню, но даже взрыв шестидюймового снаряда на поясе неминуемо вел к

расшатыванию плит. Пока корабль не имел крена, вода только изредка захлестывала в эти

пробоины. Но стоило левому борту начать погружаться, как она начинала вливаться во все

новые и новые отверстия, создавая классический эффект положительной обратной связи.

К моменту попадания рокового снаряда с «Полтавы» японский крейсер уже погрузнел от

принятия более семисот лишних тонн воды, через пробоины и трещины в корпусе. Носовая

башня прекратила огонь из-за полыхающего под ней пожара, который остался практически

незамеченным на русских кораблях. Ее барбет раскалился настолько, что подавать картузы с

порохом из погребов стало опасно, они могли взорваться еще по дороге к орудиям. Недавние

попадания еще одного крупного и пяти средних снарядов с «Полтавы» просто послужили

катализатором процесса гибели «Ивате», в который внесли посильный вклад многие корабли

уходящей за корму русской колонны. Но - факт остается фактом - точку в истории службы

уже второго броненосного крейсера японского флота, поставила все та же башня…

- Я знаю, что адмирал отворачивает от противника, - повернулся, наконец, Такемоти к

пунцовому от стыда штурману, - Но если я поверну вправо - мы опрокинемся сейчас же. Если

же я начну поворот влево, корабль сможет удержаться на ровном киле достаточно долго для

того, чтобы в казематах успели втянуть орудия, и закрыть амбразуры "по-походному". А

после разворота влево мы займем свое место в строю...

- На закрытие амбразур носового и среднего каземата уйдет пять минут. Кормовой

каземат закрыть невозможно, взрывом снарядов складированных у палубного орудия сорвало

закрытия порта и разбило орудийный щит... - дальнейший доклад командира казематов левого

борта Такемоти не стал слушать.

- Попытайтесь закрыть амбразуру как можно быстрее! Если не получится, то задрайте

наглухо кормовой каземат, так как его скоро затопит, - он отодвинул от штурвала рулевого и

встал за него сам, после чего пробормотал в полголоса, ни к кому конкретно не обращаясь, -

Если не удастся избежать опрокидывания, хоть попробуем таранить кого-нибудь из русских...

- Такенза-сан, - добавил он спустя тридцать секунд, обращаясь к главному артиллеристу

корабля, - прикажите расчету носовой башни открыть огонь. Мы, похоже, идем в нашу