Admin - <4D6963726F736F667420576F7264202D20D4E8EDCFEEF0F2C0F0F2F3F02DD2EEEAE8EE2E646F63>

маман практически принудила к этому браку. Вдобавок, после «случайного» рассказа Вадика

о "наклонностях и сексуальных предпочтениях голубого князя", который был поддержан

Победоносцевым и Менделеевым, присутствовавшими на той беседе о роли нравственности в

свете реформы народного образования, царь и правда не горел желанием того спасать...

- В случае же вашего отказа, развод будет оформлен автоматически, после вашего

помещения в тюрьму, ибо у русской Великой Княгини не может быть мужа сидящего в

тюрьме. Это невозможно с той самой "династической" точки зрения, знаете ли. Застрелиться у

вас все равно духу не хватит… Кстати о тюрьме… Вы в курсе, ЧТО там иногда происходит,

при нехватке женской ласки? Впрочем, возможно как раз это то вас и не пугает...

- Довольно! Что вы себе позволяете!? – сорвался на крик генерал свиты его величества,

которому в первый раз за всю его сознательную жизнь намекал о его ориентации кто-то, не

принадлежащий к "его кругу".

- Все, что мне заблагорассудится, - поднявшись с кресла взял соперника за воротник и

притянул к себе поближе на порядок более мускулистый и на десяток лет более молодой

Банщиков, - третьим, и кстати, наиболее устраивающим МЕНЯ вариантом, является дуэль.

После чего Ольга станет вдовой, избавленной от необходимости терпеть ваше существование

на этом свете. Выбор за вами, но только из вышеперечисленных вариантов. Через неделю я

подаю на вас в долговой суд, как на просрочившего второй платеж. Это я называю - "сделать

предложение, от которого вы НЕ МОЖЕТЕ отказаться". Честь имею.

С этими словами Вадик слегка оттолкнул обалдевшего от столь бесцеремонного

обращения князя, отчего тот с плюхом приземлился в кожаное кресло. Бросив на стол

отдельного кабинета ресторана "Максим" пятирублевую купюру, Банщиков направился к

ожидающему его извозчику…

***

Жизнь продолжала радовать молодого доктора, вернее недоучившегося студента, волею

судеб ставшего завсегдатаем столичных великосветских салонов, постоянным собеседником и

доверенным советником Императора Всероссийского.

Вопрос с разводом Ольги можно было считать решенным. Но она и в нашей истории

разошлась с мужем в 1916-ом году ради любимого человека, так что он просто немного

ускорил события. Там Николай настоял на семилетней отсрочке. Сейчас и здесь, узнав, что

эти потерянные годы ни к чему кроме нервного срыва у Ольги не привели, он дал добро на

немедленный развод. Конечно, важным моментом в решении царя стало и то, что он к

моменту принятия решения уже испытывал к Банщикову искренние дружеские чувства, и тем

более не желал расстраивать личного счастья сестры.

Жизнь радовала доктора и еще пару часов после объяснения с Ольденбургским, пока он

не приехал в свою импровизированную лабораторию, под которую переоборудовали один из

покоев Елагина дворца. Хотя эксперименты по переливаниям и отделению плазмы под

руководством Ивана Петровича Павлова шли успешно, (того самого Павлова, временно

оставившего собачек без присмотра, и переведенного в Институт крови из Института

экспериментальной медицины, о чем Вадик ездил лично договариваться к основавшему его

Александру Петровичу Ольденбургскому, которому в итоге при содействии Банщикова была

обещена Императором поддержка в развитии саноторно-курортного проекта на Кавказе),

проблем на медфронте оставалось еще выше крыши. С порога его огорошили новостью -

мышки, на которых велись эксперименты по отработка антибиотика на базе анилиновых

красителей, в очередной раз отбросили копыта. Вернее - заменяющие их когтистые лапки.

Это была уже пятая партия, и пока единственным прогрессом было то, что они издохли

не мгновенно, а спустя двое суток. Но - дохли стабильно все, без исключений. Громко

выматерившись, доктор Вадик снова засел за перепроверку технологических процедур,

пытаясь понять, где именно он делает ошибку. Ему все сильнее казалось, что проблема лежит

в недостаточной чистоте исходного продукта, но как именно отсепарировать все примеси из

исходного красителя, основываясь на технологиях начала прошлого века? А ведь стрептоцид,

обещавший быть золотым дном, нужен был уже вчера. Его массовые клинические испытания

проще всего было бы устроить до конца Русско-Японской войны.

Засидевшись за экспериментами (вроде медленная дистилляция раствора могла удалить