Игорь Носовский - Unknown

Эмиссар Хенрик Буртон справился у князя, как он себя чувствует.

- Если бы не вы, теперь я уже был бы трупом, - похлопав по плечу командора Лиги Ясеня, проговорил Онор Легилль. Тот смотрел на князя своим сухим взглядом. – Пожалуй, вам стоит взять под свое начало какой ни будь удел Эшторна. Как вы смотрите на то, чтобы получить титул барона?

- Почту за честь, ваше высокопревосходительство, - поклонился Хенрик Буртон.

Князь Онор Легилль вспомнил, что его защитниками выступали и гвардейцы. Он подъехал к ним на своей лошади и осмотрел оставшихся в живых – Миртэла Тольберта и Гарка.

- А вы, кажется, рядовой…

- Тольберт, - напомнил гвардеец.

- Ах, да, - улыбнулся Онор Легилль. – Тот самый рядовой, сражавшийся под гербом виконта Лострикса. Что ж, судьба, видимо, не намерена нас разлучать. Я видел, как вы отрубили руку тому разбойнику. Мне думается, что этот снаряд предназначался именно мне. Получается, что вы спасли мне жизнь, рядовой Тольберт.

- Я уже говорил, что моя жизнь – это служение дому Легилль, - поклонившись, проговорил Миртэл Тольберт. Сержант Гарк стоял рядом, смиренно опустив голову. – К тому же, я рядовой городской гвардии, и любой поступил бы на моем месте также.

- Нам еще предстоит выяснить, кому служили эти недомерки, - презрительно покосившись на трупы солдат, сказал князь. – Однако я уже достаточно натерпелся, чтобы понять, что мне нужны достойные люди. Люди, которым я мог бы доверить свою жизнь. Как вы смотрите на то, чтобы возглавить княжескую гвардию, рядовой Тольберт?

От услышанного гвардеец потерял дар речи. Княжеская гвардия – это отряд, состоящий из офицеров, служащих только князю и никому больше. Это элита, лучшие воины княжества, которым владетель доверяет свою жизнь.

- Для меня это неслыханная честь, ваше высокопревосходительство, - упав на одно колено, проговорил Миртэл Тольберт. Если бы отец его сейчас видел! Даже Адри Лострикс не мог представить такого исхода!

- В таком случае мой следующий указ сделает вас командиром княжеской гвардии в звании капитана, - разворачивая коня, проговорил владетель Эшторна. На сержанта Гарка он не обратил никакого внимания. – Барон Буртон, - обратился князь к первому разведчику. - Везите пленных в Цитадель Лиги Ясеня. Я хочу, чтобы к вечеру они во всем сознались. Не стесняйтесь применять к ним весь арсенал ваших мер.

- Будет сделано, ваше высокопревосходительство, - поклонился княжеский эмиссар.

- Тольберт, - снова раздался голос князя. – Сегодня же я жду вас для присяги. С этого дня вы не будите отходить от меня ни на шаг. И помните, что теперь моя жизнь – в ваших руках. Пусть Единый направит ваш меч.

Миртэл Тольберт выдохнул и посмотрел сначала на опешившего Гарка, а затем в небеса.

Глава 12

Огонь. Ему все время снился огонь. Сначала он горел сам, испытывая бесконечные муки. Горели его мышцы, пронизанные острой болью, горели кости, лопалась кожа, тлели волосы. Огонь поедал его, сливался с ним, и они становились единым целым. Потом он видел, как горят другие. Люди, животные, дома, леса и даже целые города. Все горело, объятое алым пламенем – таким прекрасным и таким безумным. Затем стало легче. Сразу. Иногда он открывал глаза, осматриваясь и не особенно понимая, где находится. Когда события, произошедшие с ним, постепенно восстанавливались, тело начинало дрожать то ли от боли, то ли от волнения. Он вспоминал щедрого казначея, одарившего скитающегося барда золотым, вспомнил южанина Хаджи, напившегося в усмерть в трактире Золото Королей, вспомнил стычку с гвардейцами в борделе Лунная Роза. Вспомнил Фарух и про амулет, из-за которого с ним и произошли все передряги. Далее была череда самых ужасных в его жизни событий – падение из окна, перелом, бой с озверевшими собаками и долгий путь к спасению по переулкам и подворотням Ясеневого Города. Теперь он не верил в то, что сумел каким-то чудом добраться сюда, в трактир Дивный Пивень, с такими серьезными травмами.

В одной из комнат трактира, где он лежал, запах трав и благовоний смешался с запахом крови. Фарух так и не смог найти в себе сил, чтобы подняться. Когда черные тучи за окном отступили, обнажая луну, он понял, что провел здесь уже две ночи. Все тело разрывалось от боли. Бедро, поврежденное черной сукой, безумно пульсировало. Не в силах терпеть мучительные страдания, бард вскоре снова погрузился в небытие. И снова был огонь. Снова пламя объяло его страхом, и вернулась боль.

- Фарух, - послышался нежный женский голос, который он сразу же узнал.