Игорь Носовский - Unknown

Было слышно, как Лори Таэрон скрипнул зубами. Кулаки его были сжаты, а желваки нервозно бегали под тонкой кожей на щеках. Внезапно он бросил взор на Турина Эмельгема и спросил:

- Ну, а вы, барон Эмельгем? Вы-то какого мнения придерживаетесь?

Дядя Турин затушевался на мгновение, почесал усы и проговорил:

- Я с вами, граф. Пускай вся армия Тиринбора осталась дома, мое слово и мой авторитет будет с вами в решающий час. Я буду говорить от имени своего брата, какую бы позицию он не занимал. Пора Эстору Эмельгему понять, что прятать голову в песок не всегда выгодно. Я всю жизнь с уважением относился к политике старшего брата, но теперь я вынужден принять решение, на которое он никогда не решился бы.

- И он был бы прав! – внезапно вырвалось у Альвера. Он и сам не ожидал, что скажет это, однако сил держать в себе все негодование, больше не было. – Дядя, не смей решать за владетеля Тиринбора. Может, он и не герой, но по закону - ты присяжный ему подданный. Ты обязан служить Эстору Эмельгему, а не предавать его.

- Альвер, - выждав немного, проговорил Бык. Он посмотрел на Лори Таэрона и продолжил. – Когда ты станешь старше, то поймешь всю судьбоносность моего решения. Пока же я хочу дать тебе совет: никогда больше не смей лезть в разговор взрослых.

Альвер опустил голову, но больше ничего говорить не стал. Его злоба никуда не делась, он лишь в очередной раз корил себя за сказанное. Каким только дураком выставил себя перед графами! Избалованный мальчишка, вот кто он.

- Когда мы установим новую власть, - обращаясь к Виллиану Дортуру, проговорил Лори Таэрон. – И владетелем Эшторна станет Филтон Легилль, все ваши решения вспомнятся.

Граф в ответ лишь прыснул.

- Когда ваши головы на пиках будут обгладывать вороны, я вспомню эти слова, господа.

Глава 11

Когда пришел его черед выходить на ристалище, Миртэл Тольберт уже знал своего противника. Так уж случилось, что в третьем круге последней парой стали капитан Адри Лострикс и барон Эриц Рикмун. По большому счету рядовой Тольберт знал, что молодой барон – опасный соперник, один из лучших воинов на этом турнире. Однако то же самое он мог бы сказать и о маршале Легилле, и о герцоге Эрстане Фоготе и уж тем более о князе Людвине Амильтоне. Последний бой, в котором владетель Дорхема лишил жизни Торра Бертирана, прославленного и крепкого бойца, не выходил у Миртэла Тольберта из головы. Без доспехов, с одной только шпагой он расправился с тяжеловооруженным графом, орудующим боевым молотом. Немудрено, что в толпе стали ходить слухи о том, что Людвин Амильтон водится с магами и использует в своем обиходе темные приемчики. Почитателей князя после этого боя становилось все меньше.

Но Миртэл Тольберт все же был сосредоточен на собственном поединке. Перед ним стоял противник – суровый, мрачный и сбитый. Он был облачен серую кольчугу, на голове кольчужный капюшон, за спиной темно-коричневый плащ. В руках у барона – меч и щит, на груди герб – горящая на черном фоне свеча. Вытянутое молодое лицо напоминало больше физиономию дворянина в возрасте – тяжелый взгляд под низко нависающими бровями, длинный перебитый нос, угловатые щеки и острый подбородок, на котором не было и волосинки. С юмором барон не дружил, улыбался редко, зато думал всегда наперед и в бою был последователен и хладнокровен.

Волнение Миртэла после победы над Персиковым Князем Эристорном заметно поубавилось. Колени уже не тряслись, мысли не путались. Вся эта публика, вся шумиха теперь казались ему чем-то обыденным и неотъемлемым. Задачу себе он все же поставил вполне приземленную: победить Эрица Рикмуна, а там будь что будет. В полуфинал не проходит абы кто. Честь – это стоять в одном ряду с такими воинами, как Филтон Легилль, Эрстан Фогот и Людвин Амильтон. Миртэл еще раз вспомнил своего капитана – Адри Лострикса. Должно быть, он прошел бы в финал. О боевых навыках первого гвардейца складывались песни.

Герольды протрубили «к бою» и битва завязалась. Эриц Рикмун атаковал первым. Его маневры разительно отличались от всех приемов, какие только были применены к Миртэлу Тольберту ранее. Барон был быстр и расчетлив. Каждое его движение опережало мысли рядового на несколько шагов вперед. Когда Миртэл Тольберт попытался провести контратаку, Эриц Рикмун едва не обезоружил его. Биться с этим воином можно было только от обороны, этот урок гвардеец усвоил вовремя.

Сталь скрежетала. Удары, которые сыпались на Миртэла Тольберта, отражал щит с гербом дома Лострикс. Барон прощупывал почву перед решающей атакой, это рядовой прекрасно понимал. Вот он уже обнаружил брешь в защите от двойного выпада, совсем скоро найдутся еще изъяны и тогда он разложит Миртэла Тольберта по полочкам. Нужно было менять ход боя, ведь за все время гвардеец не нанес ни одного опасного удара. Биться с владетелем Млечного удела было слишком сложно. На какой-то момент рядовой почувствовал, что движения барона стали медленнее. Сам же он был еще полон сил и поэтому, решившись пойти в наступление, он сделал серию из нескольких ударов.