Pepper Winters - First Debt

«Почему ты не делаешь этого? Она хотела. Она достаточно решительно просила об этом в лесу».

У меня не было ответа на этот вопрос. И у меня не хватало смелости найти его.

Нила покачала головой, уставившись на моего отца.

— Это одна из ваших игр разума?

Кат сдержанно улыбнулся.

— Никаких игр. Я уже говорил тебе, теперь ты часть нашей семьи. Тебя будут уважать и чтить. Ты будешь заботиться о нас, так же как о своей собственной родне.

— Да ни за что, — выплюнула она.

Кат хихикнул.

— Твоя мать говорила то же самое, но, в конце концов, она охотно заплатила последний долг. Зверушка так долго могла ненавидеть своего владельца. Но подсластите это теплом, безопасностью, добротой и хорошей едой и вскоре... у тебя не останется выбора, кроме как отпустить ненависть из сердца и принять ту жизнь, что мы предлагаем.

— Жизнь, которую вы украли.

Он кивнул.

— Жизнь, которую мы должны украсть. Но также и жизнь, которую мы будем продолжать поддерживать, пока есть полное повиновение, — его взгляд впился в мой. — Расскажи, как идут дела, Джет. Как прогресс? Ты следуешь моим инструкциям?

Ни одной.

Я не следовал ни одному чертовому правилу. И все же... что-то произошло в лесу, после того как я поймал ее и взял что-то у нее. Между нами что-то проскочило. Что-то, что я никогда не хотел делить ни с одним человеком, потому что это заставило меня почувствовать себя слабым.

Игнорируя вопрос, я выпрямился.

— Первый Долг будет заплачен сегодня.

Нила втянула в себя воздух. Ее страх перед неизвестностью прекрасно справлялся с работой, так даже я бы не смог.

Кат расслабился.

— Отлично.

Секунды пролетали.

Молчание повисло над столом, затем Нила выплюнула:

— Вы так быстро забыли мое обещание, мистер Хоук?

Все за столом замерли, взгляды мужчин метались между худенькой швеей и их лидером в кожаном жилете.

Кат напрягся.

— Нет, не забыл.

— Я имела в виду именно то, что сказала, — прорычала Нила. — Я убью вас. Вы можете притворяться, что вы добры и будете поддерживать мое хорошее самочувствие, но я никогда не забуду, что вы сделали.

Я встал и громко хлопнул ладонями по столу.

— Мисс Уивер!

Она резко повернула голову в мою сторону, ее темные глаза засверкали.

— Я с тобой разговариваю? Ты такой же ужасный, как и он. Я подумываю и тебя тоже убить.

Мое сердце бешено заколотилось, заменяя лед волнением.

Волнением? Как, черт побери, она ставила меня в тупик и вытаскивала такие странные реакции?

— Ох, ты можешь попытаться. Посмотрим, кто выиграет. Закаленный охотник или неуклюжая портниха? Я уже знаю, на кого поставлю деньги.

Нила отодвинула стул и резко встала. Казалось, она набросится на меня через стол, чтобы ударить.

Кат крикнул:

— На выход. Все!

Черт.

Отрывая взгляд от дрожащей, взбешенной женщины передо мной, я пробормотал:

— Кат, позволь...

Наказать ее.

Трахнуть ее.

Разрушить по моим собственным правилам.

Всё, что угодно лишь бы ты не трогал мою собственность.

Отец сжал губы, указывая рукой на дверь.

— На выход. Я не буду повторять.

Братья встали, их стулья проскользили по толстому ковру, прежде чем они исчезли за дверью.

Дэниель, Кес и я не двигались.

Нила замерла на своем месте.

Кат приподнял бровь.

— Помнится, я приказал вам выйти.

— Что? Всем? — не веря спросил Кес.

Кат не ответил, лишь с негодованием пялился на нас, показывая свое звание; и тот факт, что он был не только нашим отцом, но и нашим президентом, перевесил наше неповиновение.

Мои братья встали.

Я стиснул зубы, когда Кес положил руку на плечо Нилы, и они обменялись взглядами, отчего в моем животе испарился весь лед, превратившись в ядерную смесь.

Нила мило улыбнулась, встала и пошла к выходу.

— Не вы, мисс Уивер. Нам с вами надо немного побеседовать, — спокойно сказал Кат.

Нила закрыла глаза, борясь с паникой. Когда она открыла их вновь, там осталась лишь безрассудная решительность.

Я хотел что-нибудь сказать, но мой язык превратился в бесполезный кусок мяса.

— На выход, Джетро. Я не буду повторять еще раз.

Кивнув отцу, я направился к выходу. Нила отказывалась встречаться со мной взглядом, когда я, следуя за братьями, выходил из комнаты.

Последнее, что я слышал, когда дверь закрылась, был голос моего отца:

— Ну, вот теперь мы одни, милая. У меня есть кое-что, чем бы я хотел поделиться с тобой.