Евгения - Unknown

Он повернулся и схватил меня за руку, но так и не ответил.

Ладно, игра в молчанку. Я справлюсь с этим.

Мы шли прямиком к лифту, проходя мимо ряда столов, за которыми работали люди, отвечающие на звонки и принимающие факсы.

Я ожидала, что мы будем подниматься на лифте вверх, поэтому сильно удивилась и только успела ахнуть, когда мы начали опускаться в подвал.

Подвал. Серьезно?

Никсон вновь схватил меня за руку, пока мы передвигались по мраморному коридору. Перед нами стоял гигантский деревянный стол. За ним сидела девушка с длинными темными волосами и подпиливала свои ногти.

— Привет, Присцилла. Где Энтони? — спросил Никсон.

— Оу, ты знаешь, затачивает но… — она резко захлопнула рот, встала и протянула мне руку. — А ты кто?

— Трейс, — я ответила на рукопожатие. — Трейс Рукс.

Она кивнула, а затем обратила внимание на мое ожерелье.

— Говоришь ты Рукс?

— Да.

— Разве это не звучит как…

— Прис, нам нужно открыть банковский счет, — вмешался Никсон.

Она улыбнулась, но ее улыбка была натянутой и не затрагивала глаза.

— Да, само собой. Я сообщу Энтони, что вы здесь.

Никсон покачал головой:

— Не надо, я сам могу сообщить.

— Входите, но на свой страх и риск, Никсон.

— Пойдем, — Никсон продолжал держать меня за руку. Мы повернули налево, и пошли по небольшому коридору, на стенах которого висели черно-белые фотографии мужчин в костюмах, держащих в руках оружие. Чудесно. Мы в подвале.

Никсон прижал палец к некой магнитной штуке и дверь открылась.

— Энтони?

— Я здесь.

Офис был красивым. Я действительно думала, что мы находимся в подвале, но в этой комнате были большие окна от потолка до пола, из которых виднелся пруд.

— Нам нужно открыть счет, — повторил Никсон.

— Нам? — Энтони обернулся.

Боже, он был более взрослой версией Никсона. Это его отец? Нет, для отца он был слишком молод. Я ждала дальнейших действий.

— Технически, это ей нужно открыть счет. Я мог бы обратиться в другой филиал, но у удачливой девушки имеются тысячи долларов.

Глаза Энтони на мгновение расширились, прежде чем он повернулся ко мне:

— Что ты сделала? Ограбила банк? — он улыбнулся, как выживший из ума человек.

Я улыбнулась в ответ:

— Я не знала, что у моего дедушки такой большой счет. Он дал мне немного денег, когда отвозил в школу, но я потерпела фиаско с моей формой, сумкой и…

— Фиаско? — Энтони поднял брови. — Об этом я должен узнать поподробнее.

— Энтони… — Никсон прервал его, взмахнув рукой.

— Сделай полезное дело, Никсон, захвати себе попить.

Никсон тихо выругался и подошел к бару, расположенному в углу.

— Так о чем ты говорила? — Энтони кивнул головой.

Мои ладони вспотели.

— Я, эм… люди в школе вылили на меня сладкую воду и закидали яйцами. Моя сумка перенесла очень медленную и липкую смерть.

— Я уверен, это ужасно, — Энтони ухмыльнулся.

— Безусловно, — я согласилась. — Полагаю, это была моя вина, ведь я нарушила одно из правил уже в первый день, — когда я указала на Никсона, он сузил в ответ глаза. — Но он спас меня от суицида. Не то чтобы я была близка к этому, но все же. Короче говоря, мы ходили по магазинам, где я потратила деньги. И еще, у Никсона почти случился инсульт, когда в продуктовый магазин зашли мужчины в костюмах и с оружием. Думаю, вскоре я увижу это в новостях, и… теперь мы здесь.

Лицо Энтони оставалось бесстрастным:

— Хорошо. Это все похоже на обычный день в жизни Никсона. Добро пожаловать в семью… — он протянул мне руку.

— О, нет, нет… — я нервно рассмеялась. — Нет, Вы не правильно поняли… Все не так.

Я махала обеими руками, как сумасшедшая.

Энтони склонил голову набок:

— Я знаю Никсона на протяжении очень долгого времени и с уверенностью могу сказать тебе, что я абсолютно правильно все понял.

Со стороны Никсона издавались какие-то странные звуки, похожие на проклятия.

— Теперь займемся счетом. У тебя есть номер социального страхования?

Смутившись от вопроса, я покачала головой.

— Дедушка сказал, что он был утерян во время переезда.

— Во время переезда? — Энтони обошел стол и нажал несколько клавиш на своем компьютере. — Откуда ты приехала?

— Чикаго.

В это время Никсон уронил стакан со всем его содержимым на пол и прокашлялся:

— Извини, дядя Тони.

А, это его дядя! Теперь все встало на свои места.

Тони лишь раздраженно покачал головой, но ничего не сказал.

— Значит, ты из Чикаго. Почему ты переехала? Твои родители здесь с тобой?