Алекс Белл - Жасмин

Когда мы отдалились от леса и проскакали три акра открытого поля, которое окружало владения моих дедушки с бабушкой, Эд, наконец, сбросил скорость, а у знакомой конюшни он уже только фыркал и нервно перебирал копытами. Я с облегчением выпрямилась и ласково погладила его по шее, нашептывая ему на ухо нежные слова, пока не стало понятно, что он не пустится снова бежать. Потом я вытащила сапоги из стремян, чтобы слезть. Но когда соскользнула на землю, мне пришлось ухватиться за седло, чтобы не рухнуть вниз. Ноги не только затекли от долгой поездки, но и разболелись с внутренней стороны бедер, поэтому я не удержалась и застонала.

— Отвыкли без практики? — раздался голос у меня за спиной.

Я повернула голову и увидела в дверном проеме конюшни, на фоне солнечного света, мужчину. Он улыбался мне.

Это был необычайно высокий (больше двух метров) кареглазый шатен. Странно, но я не могла определить его возраст. Ему могло быть как двадцать пять, так и тридцать пять лет.

— Вроде того, — согласилась я.

— Вы, должно быть, Жасмин. Я слышал, вы приехали погостить.

— А вы кто? — спросила я.

— Я Люк — один из конюхов. Я займусь Эдом, если вы хотите уйти домой?

— Спасибо, — сказала я, передавая ему поводья. — Здесь стоял вороной конь... — Я неопределенно махнула рукой в сторону, — он там бродит сам по себе...

— Вы, наверное, о Кини говорите, — перебил меня Люк. — Не волнуйтесь, он знает дорогу назад.

Я на какое-то мгновение уставилась на него, а потом тряхнула головой.

— Что значит, он знает дорогу назад? Чей это конь?

— Мой. Ваш дедушка разрешил мне держать его в вашей конюшне. Просто, понимаете, ему не захотелось оставаться внутри.

— Но чем вы, черт вас дери, думаете, позволяя лошади вот так свободно разгуливать? В саду небезопасно... он может выйти на дорогу или его могут украсть, или еще что похуже!

Люк чуть нахмурился на какое-то мгновение, а потом сказал:

— Вы правы. Наверное, мне лучше сходить за ним. Так и сделаю, как только закончу с Эдом.

— Удачи, — сказала я, прекрасно сознавая, как холодно звучит мой голос. — Имение огромное и уже начинает темнеть.

— О, я всегда нахожу Кини, когда он мне нужен, — ответил Люк с улыбкой. А потом он отвернулся и повел Эда в стойло.

Похоже, его не столько оскорбили, сколько возмутили мои слова о том, как нужно ухаживать за его собственной лошадью. Я знаю, какое, должно быть, произвела впечатление — высокомерная внучка богатого старика. Наверное, это от того, что Кини был самым красивым животным, которое мне доводилось видеть, и мне претила сама мысль о том, что с ним может что-то случиться. Всякий, кто хотя бы мало-мальски разбирался в лошадях, увидев этого коня, сразу бы понял, какое это прекрасное создание, и, возможно, захотел бы его украсть. И я точно знала, что у моего деда случился бы припадок, узнай он о том, что конь разгуливает сам по себе.

Я пошла к дому. У меня еще оставалось время до ужина, чтобы принять ванну, которая ослабит боль в мышцах. По крайней мере, теперь я хотя бы знала, чей это конь. Возможно, мое непонятно откуда взявшееся чувство легкой тревоги, как раз из-за того, что мы неожиданно на него натолкнулись, и странной реакции Эда...

Тем вечерам я не решилась рассказать об этом происшествии своим бабушке с дедушкой, потому что не хотела, чтобы у Люка были неприятности или того хуже, чтобы он потерял работу. Поэтому я ничего не рассказала ни о нем, ни о его коне, а решила сама проверить на следующее утро, как там у них дела.

Бабушка приготовила очень вкусный ужин, и разговор оказалось поддерживать куда легче, чем я ожидала. Было классно. Я будто вернулась в детство — в безопасное знакомое место, которое всегда, казалось, существовало отдельно от настоящего мира, в тиши природы. Единственное, что расстроило меня в тот вечер — это дед. Похоже, он сильно сдал, с тех пор как мы виделись с ним последний раз. Он начал что-то забывать, а иногда и имена путал. Не надо бы ему больше ездить верхом, хотя сам он так не считал. В конце концов, ему было уже почти восемьдесят. После всего случившегося, не думаю, что в ближайшем будущем справлюсь с потерей еще одного близкого мне человека.

Когда он предложил мне выпить вечером, но забыл принести напиток, я сначала не придала этому значения. Но потом, чуть позже, когда мы сидели за круглым столом, он спросил меня, как поживает Гарри. Я даже сначала не поняла, что он говорит о моем псе, который у меня был и скончался пять лет назад. А потом, когда он начал говорить о лошадях, то упомянул, как Эд всегда забавно разговаривал с Беном. Мне не хватило духу его поправить, да и бабушке, похоже, тоже. Она просто поспешно сменила тему.