Машка - o 78b6c334dd224691

- Ты уже заходила? – Спросил я.

Она отрицательно покачала головой, слишком взволнованная, чтобы говорить.

Я изучал ее лицо, понимая, насколько прекрасно она выглядела в этот самый

момент.

- Ты совершенно бесподобна, ты ведь знаешь?

Ее взгляд потеплел, и только она собралась ответить, как открылась дверь и оттуда

вышел флеботомист (медицинский работник). Он дважды перепроверил медицинскую

карту, прежде чем позвать ее по имени.

- Эйвери Эйвери?

Эйвери улыбнулась и поднялась со своего места, но, стоило мне последовать ее

примеру, работник сразу же указал на меня ручкой.

- Мы надолго ее не задержим и, было бы просто замечательно, если бы вы могли

подождать здесь.

- Э… конечно, - ответил я, нахмурившись при виде Эйвери, исчезающей в

небольшом коридоре.

В ожидании мои руки то и дело путались в волосах, а ноги не переставая дергались

вверх-вниз. Я успел сыграть в «Энгри Бердс» на телефоне, опубликовать несколько

язвительных твитов, и только потом перевел взгляд на часы.

- Бляяяяя, - протянул я сквозь зубы. Веки опускались и поднимались по

воспаленным глазам, царапая подобно наждачной бумаге.

- Мы позвоним, как только результаты будут готовы, миссис Эйвери.

В комнату ожидания вернулась моя великолепная жена в фиолетовой форме и со

специальной повязкой на локте. Сократив между нами расстояние, я сжал ее талию и

поцеловал в лоб.

- Необходимо подождать несколько дней, - непринужденно улыбаясь, напомнила

она.

Мое лицо вытянулось.

- Несколько дней?

- Ты ведешь себя так, словно никогда не сдавал анализы.

Я нахмурился, недовольный напоминанием.

- Не для этого.

Моя ладонь покоилась на нижней части ее спины по дороге к лифту. Эйвери

выглядела невероятно счастливой, улыбаясь всем проходящим мимо людям. Рядом с нами

остановилась беременная женщина, подпирая спину рукой.

Я наклонился прошептать Эйвери на ухо.

- На этот раз у нас все получилось. Я чувствую. – После чего прижал ладонь к ее

животу, ее рука опустилась на мою.

- Не хочу обнадеживать себя раньше времени, - ответила она.

- Я хочу. Обнадежить. У нас получилось. Готов поставить на это свою зарплату.

Она прислонилась ко мне.

- Престань, - ее слова уже звучали по-родительски. Эйвери приподняла руку и

нахмурилась, глядя на свои часы. – Мне нужно вернуться на работу.

Я кивнул, хотя совершенно не хотел ее отпускать.

- Жду не дождусь твоего декретного отпуска, чтобы время от времени видеть тебя

дома.

- Ты любишь свою работу точно так же, как и я свою, - заходя в лифт, произнесла

она.

Двери открылись на первом этаже, и мы вышли из него, она направилась в

отделение скорой помощи, а я – на парковку.

- Люблю тебя, - махнула мне на прощание Эйвери.

С неохотой отпустив ее, я следил за удаляющейся фигурой по длинному белому

коридору. В конце пути ее ярко-фиолетовая форма скрылась за двойными дверями.

Я сжал в ладони ключи и улыбнулся, представив бегающую неподалеку маленькую

копию Эйвери.

- Прошу, позволь этому случиться, - прошептал я. Мне казалось, что нет ничего

желанней, чем сделать Эйвери своей женой. Но теперь, мне больше всего на свете

хотелось, чтобы она носила в себе моего ребенка.

Я повернул рычаг горячей воды, не трогая холодный, но кипяток все равно оказался

недостаточно обжигающим, чтобы успокоить болезненные мышцы.

Выключив воду, вылез из душевой кабины за полотенцем, жар сразу же покинул

тело, позволив мне нормально вздохнуть. Зеркало мгновенно запотело, а крошечная

ванная заполнилась густым облаком пара.

Дэкс дожидался с другой стороны двери, его хвост дико замотался из стороны в

сторону, стоило моим ногам переступить порог.

- Тебе придется немного подождать, - предупредил его я. Мне не очень хотелось

тащиться два лестничных пролета вниз для того, чтобы он смог справить свою нужду.

Его голова наклонилась в бок, и я усмехнулся. Плотный хлопок белого полотенца

впитывал капли воды, оставляя после себя маленькие пупырышки мурашек от контакта

разгоряченной кожи с утренней прохладой воздуха.

Осень была моим любимым временем года, но именно эта осень станет самой

лучшей. Изнурительная жара спала, и Эйвери снова начала разгуливать в моей толстовке.

Я просто обожал вид ее обнаженных ног, торчавших из-под моей кофты, когда по утрам