Laurelin Mcgee - Miss match

План, по крайней мере, в его голове, был таков: не спешить и наслаждаться этим перепихоном, будь он неладен. Потому что существовала большая вероятность того, что когда Андреа придет в чувства, то выйдет за дверь и уйдет из его жизни. А прямо сейчас, когда его член похоронен глубоко в ней, а его губы захватили мочку ее левого ушка, он хотел, чтобы это длилось вечно, хотел остановить ее возможный уход в реальном мире.

Андреа, казалось, не принимала этот план. Ее бедра поднимались и опускались, жестко подводя ее к еще одной кульминации. Ну, если это то, чего она хочет, он, черт возьми, собирался дать ей это. Он играл языком с мочкой уха, затем нежно пососал ее, когда возобновил работу большим пальцем над ее клитором.

Он мог почувствовать изменения в ней, когда внутренние мышцы начали нежно сжиматься. Он слегка надавил на сладкую точку. Она сжала ручки кресла так же сильно, как стенки влагалища сжимали его член, и она снова эффектно кончила для него. В этот раз он не волновался насчет ее криков ― ее зубы так сильно впились в его плечо, что он боялся, в этот раз кричать будет он.

Вид Андреа, склонившейся на него в экстазе, острое удовольствие-боль от ее укуса, ощущение того, как ее тугая киска сжимается вокруг него ― этого было достаточно, чтобы достичь своего собственного оргазма. Ее спазмы еще даже не начали утихать, когда он стал еще толще и излился в нее. Он зажмурил глаза, когда Андреа схватилась за кресло еще крепче от силы его толчков. Сила оргазма потрясла его, и ему казалось, будто он падает в бездну.

На самом же деле, спустя полсекунды, спинка серого кресла отпала из-за интенсивности их противозаконного секса.

Лежа на полу своего офиса в клубке рук Андреа и обивочного материала, Блейк ощущал, как разлетается его мир подобно креслу. Что они сделали? Внезапно пристыженному, несмотря на их физическую близость, ему нужно было собраться и посмотреть ей в глаза. Он ощущал что-то, что-то даже более сильное, чем их первый поцелуй. Теперь кресло выглядело как метафора его высокомерия, бьющего его по голове. Он приготовил себя к тому, что она будет делать и говорить.

Даже учитывая то, что он подготовился, ее реакция застала его врасплох.

Она рассмеялась.

― О, боже! Ты можешь поверить… такое никогда… о, боже! Я даже не могу поверить! ― она смеялась так заразительно, что он понял, что сам посмеивается.

Она не ненавидела его после всего. Может, он и не разрушил ничего, в чем, как он думал, она обвинит его.

― Ты думаешь, кто-то заметит? ― отважился он спросить, просто чтобы не отказать себе в удовольствии услышать снова раскаты ее смеха. Когда их смех затих среди характерных офисных звуков, Андреа нашла свои трусики и надела их. Он расценил это как время для того, чтобы снять презерватив и тоже одеться. К тому времени, как они оба снова были одеты и стояли лицом друг к другу, было очевидно, что никто из них не знал, что сказать.

― Я подумываю съесть сэндвич. Тебе купить? Собираюсь прогуляться немного. ― Она немного суетилась и не хотела встречаться с ним взглядом.

Все, что Блейк мог сделать ― это кивнуть.

― Спасибо. ― Она пошла к своему столу, чтобы взять сумочку и надеть отвратительные оранжевые кроссовки. ― Хорошо, что я купила их, ― сказала она, подмигивая, перед тем как покинуть офис.

Он наблюдал за ней, размышляя, должен ли позволить ей уйти. Он надеялся, что она вскоре вернется, и они смогут поговорить об этом. Также неплохо было бы съесть сэндвич сейчас. Может, он даже сможет позже купить ей другие туфли.

Двенадцатая глава

Как только она ушла, Блейк обуздал свои эмоции и придал выражению лица обычный серьезный рабочий вид. Не стоило об этом думать, пока она отсутствует. Что сделано, то сделано. Он озадачил себя тем, что вызвал службу ремонта, чтобы та позаботилась об остатках разломанного кресла, затем заставил своего секретаря найти подходящую замену. Она обнаружила такое же кресло в неиспользуемом офисе на седьмом этаже. Его доставили, а другое, сломанное, забрали, все свидетельства их свидания были стерты в течение какого-то часа.

Что было, безусловно, хорошо, как он сам себе напомнил. Тогда почему в его груди такая тяжесть?

После того, как в офисе был наведен порядок, Блейк понял, что не может сконцентрироваться на чем-либо, кроме как на тиканье часов. Андреа все еще не вернулась, и он беспокоился о том, что могло означать ее продолжительное отсутствие.

Оно означало, конечно же, что она вне себя. Она, возможно, не вернется. Скорее всего, в это мгновение она пишет заявление в отделе кадров. Может, ему следует позвонить туда и проверить…