Unknown - i 1a4a48b280b2ead2

– Правда, дорогая. – Она тянется, гладит ладонью мою руку, и я чувствую, какие

холодные у нее пальцы, несмотря на солнце. – Будь поаккуратнее с ним. Он кажется

твердым, как статуя, но покрывается трещинами быстрее, чем может показаться.

Мы довольно долго остаемся снаружи, и я рассказываю ей о своем детстве, о маме

и о том, как повстречала Сент-Клэра у «Кэррингерс». Затем она говорит, что ей лучше

присмотреть за приготовлением ужина, так что я направляюсь в дом, чтобы отыскать

свою дорожную сумку и, возможно, принять душ. Иду обратно через особняк и замечаю

щели в броне здания: несколько осыпавшихся со стен камней, скрипящие ступеньки,

недостающие кристаллы на люстрах и бра, увядшие цветы в потускневших серебряных

45

N.A.G. – Переводы книг

вазах. Это странное место, больше похожее на мавзолей, чем на жилой дом, и теперь я

понимаю, почему Сент-Клэр хотел сбежать отсюда подальше, чтобы начать новую жизнь.

Когда я прохожу мимо библиотеки, до меня доносится голос Сент-Клэра, и я уже

собираюсь зайти к нему и сказать, как мне понравилась его мама, когда осознаю, что он

понизил голос до шепота.

Я склоняюсь поближе к приоткрытой двери, чтобы послушать.

– …а это можно перевезти без рамы? – спрашивает он. – Какие у нее размеры?

Я замираю. Любые покупки произведений искусства, которые он осуществляет,

должны проходить через меня, если он доверяет мне свою коллекцию настолько, как об

этом говорит. К тому же картины, как правило, не продают без рамы – во всяком случае

не те, сделки по которым проводят законно. Что это нам дает? Я подхожу тихонечко

ближе и заглядываю через щель.

– Нет, – говорит Сент-Клэр, вышагивая по комнате. – Нет. Это не сработает, не после

последнего дела. В Штатах слишком большой ажиотаж, следующее я буду искать в

Европе. Угу. Тогда дай мне знать. Нам нужно будет выяснить, как удержать это вне зоны

действия радара.

Паркетная доска под моей ногой издает скрип, и Сент-Клэр разворачивается в сторону

двери.

– Привет! – громко восклицаю я, входя в комнату, озаренная улыбкой, вместо того

чтобы убежать, как мне бы того хотелось. – Я искала свою дорожную сумку. Это место

такое огромное, я заплутала.

– Я положил ее в твою гостевую комнату, – говорит Сент-Клэр, но у него странное

выражение лица. Почти… виноватое? – Прямо по лестнице, вторая дверь налево.

– Спасибо.

Я выскакиваю из комнаты и иду наверх. Но мой разум мечется. О чем был этот

разговор? От какого «ажиотажа» он бежал из дома и зачем нужно оставаться вне зоны

действия радара?

Может, Леннокс быть прав? Сент-Клэр что-то от меня скрывает?

Стелла Лондон

Искусство и Любовь # 2

Глава 10

Официальный обеденный зал в особняке Сент-Клэра очень похож на Аббатство

Даунтон – стены увешаны портретами предков и британских исторических деятелей в

латунных рамах, тяжелые кремовые шторы обрамляют два окна, выходящих на

пастбище, а посредине стоит длинный стол из темного дерева с двенадцатью стульями.

Мы с Сент-Клэром и его родителями сидим рядом на одном его конце, и после нашего

первого приветствия наступает такая же ледяная тишина, как этот холодный

картофельный суп с луком-пореем, который нам подали. Я стараюсь не подавиться,

стремясь удержать на лице искусственную улыбку. Сент-Клэр и его отец бросают друг на

друга взгляды через стол, а его мама прихлебывает свой суп и притворяется, что не

замечает этого.

Стоит такое напряжение, что я чувствую, мне нужен молот, чтобы расколоть

образовавшийся лед.

– Так, те прекрасные лошади на пастбище. Кто-нибудь из вас на них катается? – Боже,

это так тупо, но я должна хоть что-то сказать!

– Иначе зачем нам лошади? – иронизирует Ричард.

– Возможно, в скором времени у вас их уже не будет, если кое-что не изменится, –

прохладно говорит Сент-Клэр. – Лошади не могут сами за себя платить.

Элис приподнимает голову:

– Это правда?

Ричард отмахивается:

– Не беспокойся, дорогая. Твой сын сам не знает, о чем говорит, так как проводит все

свое время с картинами, а не с деньгами.

Сент-Клэр сжимает челюсти.

– У некоторых из нас есть средства, чтобы наслаждаться своими интересами.

Я стараюсь разрядить атмосферу:

– До того как мы покинули Сан-Франциско, Чарльз любезно пожертвовал несколько

ценных картин больничному крылу.

– Это чудесно! – восклицает Элис.