Unknown - i 77d6616899b694e2

если никто не понимает, что происходит?

Аяко придвинулась ко мне и поставила чаван чая матча на татами передо мной. Я

поклонилась, глядя в пол.

- О тэмаэ чоудай иташимасу .

Я сказала эти слова и поставила на ладонь чашку, восхищаясь вишневыми

лепестками, нарисованными на ней.

Я вспомнила Томо в парке Сунпу, как лепестки падали, окружая его.

Чай всегда был крепче, чем казался на вид. Его вкус всякий раз удивлял меня.

- Ну? – прошептала мне Юки. Я оглянулась на нее с тревогой, во время получения

чая разговаривать не следовало, но она сидела так ровно, словно ничего и не говорила.

Аяко приступила к обслуживанию следующей девушки, учительница, похоже, нас не

замечала.

- Что? – прошептала я, делая осторожный глоток чая.

- Вы с Томохиро уже этим занимались?

Я подавилась чаем, закашлялась и стукнула чашкой по полу. Аяко взглянула на меня

испуганно, а учительница недовольно покачала головой. Юки достала свое полотенце и

протянула мне. Я вытерла чай, пролившийся на подбородок.

- Видимо, нет, - сказала Юки. – Что же вам мешает?

Я чувствовала, как жар разливается по лицу. Я думала, что спасение мира пока что

важнее. С приоритетами, ты, наконец, разобралась, Грин. Лучше поздно, чем никогда .

- Я просто… еще не готова.

Юки нахмурилась и взяла куромоджи , маленькую бамбуковую палочку, которой она

отрезала кусочек бобового пирожного, что стояло перед ней.

- Ты слишком много об этом думаешь. Ты уже не в Америке, Кэти. Здесь это не

такая большая проблема. Просто сделай.

Жар пополз к шее. Да, я была в Японии, но все еще оставалась собой.

- Он ведь тебе нравится?

Я посмотрела на нее так, словно она была с другой планеты.

- Да.

- Так сделай это.

- Ты так говоришь, будто это пустяк, - сказала я. И подняла к губам чашку, чтобы

скрыться от нее. Другие девушки ее слышали. Пусть мы и шептались, они явно ее

слышали.

- Да, но вы – милая парочка, - сказала она. – Тан-кун сказал, что Томохиро –

хороший. Так что мешает?

- Не знаю, - сказала я, отрезая куромоджи кусочек пирожного. Не сама мысль об

этом меня пугала, а то, как легко об этом говорила Юки, словно это было пустяком. Мне

же казалось, что такие мысли должны оставаться в тени разговоров с Томо, а не среди

других учеников на чайной церемонии в школе.

Конечно, я думала об этом, но не вполне доверяла себе. Сердце и разум не пришли к

общему мнению. Чего именно я хотела? Не пожалею ли я? Пожалею ли, не сделав это?

Чего я жду и почему? Было так сложно понять, где правда, когда все вокруг заливали

чернила, когда их волны уже набегали на берег в кошмарах.

- Первый раз самый сложный, - сказала она. – А потом все просто. И я уверена, что

Томохиро уже так делал. И не раз.

- Боже. Ты вообще слышишь, что говоришь?

- Что? – спросила Юки. Учительница смотрела на нас, а мы какое-то время смотрели

перед собой, выпрямившись и не говоря. А потом Юки шепотом добавила. – Он все же на

третьем году.

- Юки! – чего я точно не хотела, так это представлять Томо с другой девушкой.

Смущало думать и о нас с ним. Он уже это делал? Делал это с Мию? Отлично, и если мы

дойдем до этого, он будет опытным, а я буду чувствовать себя униженной. Но если я не

могла думать об этом, не подавившись чаем, значит, я не была готова? В Нью-Йорке все

было проще, там, если и были свидания, они не были серьезными, во мне ничего не

вспыхивало. Но Томо заставлял все внутри пылать, прикосновения сметали все мысли,

озаряли тьму звездами.

Нет, я знала, как сложно остановиться с Томо, как сложно было думать, когда он был

самим теплом, мягкостью и звуком. А тот звук, что урчал в его горле, когда мы

целовались? Его волосы щекотали мою шею. С ним все казалось правильным. Может,

Юки была права. Может, я зря нервничаю.

Юки склонилась ко мне, задев плечом.

- Ты ведь сейчас представляешь это?

- Хватит, - я с тихим смехом толкнула ее плечом. Она поджала губы, Аяко снова

возникла перед нами. Она с подозрением смотрела на нас, а мы дрожали, сдерживая смех.

Чашка покачивалась в моей ладони, когда Аяко забрала ее у меня, а потом у Юки. Она

отвернулась, и мы рассмеялись.

Под недовольным взором учительницы мы с Юки помогали собирать кусочки

бумаги ваши , на которой отпечатались силуэты пирожных в виде цветка.

- Думаешь, Тан-кун уже это делал? – спросила Юки.

- Фу, - выдавила я. Она вскинула брови. – Я не хочу его оскорблять, - пояснила я,