в трансе. Идет, не разбирая дороги. На полпути к машине Дениз она останавливается, будто
парализованная. На ресницах блестят слезы. По ногам течет моча. Носки и туфли
промокают.
Датч сгорает от унижения. Кожа будто светится, щеки краснеют. Сначала я думаю,
что ей стыдно от того, что она обмочилась. Или от того, что сделал с ней Итан. Но она
собирает в кулаки подол платья и прижимает к ногам. Из груди рвутся рыдания, и вдруг
14
http://worldselena.ru/________________________________________________________________________
Датч разворачивается и идет обратно к дому.
Какого черта? Зачем ей туда возвращаться?
И тут до меня доходит. Трусы. Они запутались в одеяле, когда Датч убегала от меня.
Я появляюсь прямо перед ней. Она резко останавливается. Делаю шаг вперед, она –
шаг назад. Я наступаю снова и снова. Ее дядя и отец бегут к нам. Я их слышу. Еще один шаг
вперед. Еще один – назад.
Секунду спустя Датч в объятиях отца. Он задает вопросы, а она смотрит только на
меня. Поэтому я отхожу на безопасное расстояние, но ничего не меняется – глаза Датч по-
прежнему следят за мной. Дядя гладит ее по голове, а потом замечает, в каком она
состоянии. Достает носовой платок, вытирает ей ноги и пытается промокнуть носки.
Отец берет ее за плечи и спрашивает, что произошло.
Датч опускает голову. Ей так стыдно, что у меня разбивается сердце. Но она ничего не
рассказывает папе. Качает головой и говорит:
- Я… я заблудилась.
Он ей не верит. И все же, еще раз осмотревшись, решает не мучить ее вопросами,
обнимает и снова берет на руки. У Датч шок.
Извращенец жив. И проживет еще очень долго, но обеды и ужины будет хлебать через
трубку. Ублюдок. Жаль, что я не могу сделать так же в реальной жизни. Больше всего на
свете мне бы хотелось, чтобы Эрл тоже жрал свою еду через трубку.
Пусть Датч меня боится, зато осталась жива. И тут в голове всплывает воспоминание.
Большинство из таких, как она, долго не живут. Все они – искатели, собиратели душ. И
всегда умирают совсем юными. Я задумываюсь, не является ли это частью созданного мной
мира. Но это знание приходит оттуда же, откуда я знаю, отправится ли человек в ад. Я знаю
все их имена и знаю, какой поступок приговорил их к такому ужасному концу.
Может быть, я сумасшедший. Может быть, Эрл слишком часто меня бил. Слишком
часто накачивал наркотой.
Из бара выходит Дениз, но Лиланд не обращает на нее внимания. Садит Датч в свой
джип и увозит домой. Когда машина скрывается из вида, Роберт сердито смотрит на Дениз.
Та задирает нос и уже собирается отрицать свою вину, но он подходит ближе и говорит
сквозь зубы:
- Твой отец умер в больнице два часа назад.
Похоже, Роберту по душе, как поразилась Дениз. Никогда не считал его жестоким
человеком, но в этот момент он стал мне нравиться намного больше.
Жаль, что его ждет одна из самых страшных смертей. Жаль, что он отправится в ад.
Глава 8
Когда я начинаю соображать, что меня накачали наркотой, Эрл со мной уже закончил.
Ослабляет веревки и уходит мыться. Видимо, даже под наркотиками я боролся. Когда
сопротивляюсь, он меня бьет, а сейчас я на все сто уверен, что у меня сломана челюсть.
Пытаюсь пошевелиться, но с головой захлестывает пронзительная боль, поэтому сдаюсь и
тихо лежу.
Переломы – еще один способ Эрла убедиться, что я не сбегу. Трудно выкарабкиваться
из подвала со сломанным запястьем. Или убегать со сломанной ногой. Как только я почти
полностью исцеляюсь, он ломает что-то еще. Переломы – ерунда. Это я могу пережить. Но
другие вещи ломают меня изнутри. Вызывают острое желание умереть.
Если бы не свет Датч, я бы умер. Без вариантов. Жаль, что свет ненастоящий. Жаль,
что она сама ненастоящая. С каждым днем она взрослеет и становится еще красивее. И пусть
она всего лишь плод моего воображения, я все равно ее люблю. Всем сердцем. Всей душой.
Прибегает Ким с тряпкой и миской горячей воды. Для нас с ней это стало обычным
делом. Я пытаюсь вспомнить, что было до того, как она появилась.
Ну да. Я корчился от боли и истекал кровью. Как и сейчас. Только тогда не было Ким,
15
http://worldselena.ru/________________________________________________________________________
чтобы обо мне позаботиться.
- Рад, что ты здесь, - говорю я, и на каждом слоге надламывается голос.
Она опускает голову. Сосредотачивается на ранах. Не верит мне.
Но я не вру. Вспоминаю день почти такой же, как сегодня. Мне семь и три четверти.
Читать дальше