Лейтон Миа - Герой

— Блядь, — выкрикиваю я, зарываясь руками в волосы. — Она не села на самолёт. Где Картер?

— Насколько мне известно, он ещё не вернулся.

— Он уже должен был быть здесь.

— Я уверен, что это несерьёзно, — произносит он, но после всех этих лет я могу почувствовать тревогу в его голосе. — Она спрашивала, почему вообще должна была подчиняться. Возможно, ей не хотелось исполнять наши пожелания.

— Пожелания? Это не было пожеланиями, Норман. Это были приказы, — я вбиваю код в панель, прикладываю палец к сканеру, и стена поднимается. — Картер никак не мог позволить этому случиться без моего непосредственного разрешения. Что-то не так.

В подвале я собираю своё снаряжение. Голова идёт кругом, а это новое ощущение для меня.

— Она нужна им, хозяин Пэриш, — произносит Норман позади меня. — Пока она будет для вас приманкой, у них нет причин убивать её.

— Убивать — нет. Но помимо этого — да. Я даже не знаю, как они добрались до неё.

— Вам нужно соблюдать спокойствие, — говорит он. — У вас нет плана.

Я прижимаю ладони ко лбу. Мой единственный план — марафон серийных убийств. Заставляю себя набрать полные лёгкие воздуха. Когда я выдыхаю, мы с Норманом садимся и решаем, с чего начать.

***

Голоса позади меня призывают остановиться, но я открываю дверь так сильно, что она ударяется о стену. Шеф полиции Стронг отрывает взгляд от бумаг на своём столе и откидывается на спинку кресла.

— Сэр, мне надеть на него наручники?

— Нет, — отвечает Стронг офицеру, стоящему в двери. — Дайте нам минуту.

Мужчина закрывает за собой дверь. Три больших шага, и я возвышаюсь над столом шефа полиции.

— Мне нужна вся ваша информация по картелю Ривьеры.

— Ты раскроешь наше прикрытие, Герой. Всё под контролем ФБР.

— Чушь собачья. Я уже проверил их обычные точки, но мне нужно больше.

Он качает головой:

— Даже если бы я знал, то не сказал бы тебе. Лучше позволь им самим разобраться с картелем. Ривьера стал более агрессивным с тех пор, как ты вывел из игры его босса, и теперь они хотят крови.

— У них есть кое-что моё, и я не остановлюсь, пока не получу это назад.

— Думаешь, можешь зайти в этот участок и просто так выйти отсюда? Я не могу позволить тебе сделать этого.

— Едва ли вы не позволите. У меня нет времени на эту херню, — перед уходом впечатываю кулак в стол. — Если выясню, что вы мне врёте, я разрушу вашу жизнь. Начиная с этого участка и заканчивая вашей семьёй.

Выражение его лица меняется:

— Вы угрожаете моей семье?

— Это не угроза. Это грёбаная гарантия.

Он моргает, глядя на меня:

— Кто ты? Слышишь себя? Ты должен быть хорошим парнем.

— Я никогда не подписывался под тем, что я «хороший парень». Моя работа — защищать, и именно это я делаю.

— Это не имеет значения. Мы обязаны задержать тебя, Герой. Сними маску и всё остальное.

Я ударяю кулаком по его столу и тычу в него пальцем:

— Тебе не нужно разгребать это дерьмо. Ты знаешь, что я делаю для этого города.

— Ты лишь насмехаешься над властью.

— И всё из-за этого? Вы сбиты с толку, потому что не можете справиться с этим самостоятельно?

— Знаешь же, что это не так. Ты делаешь добро, но не учитываешь последствия. Люди пытаются стать тобой, и их убивают. Нераскрытые убийства, ответственность за которые я беру на себя. Люди не уверены в полиции города, а это тянет за собой повышение криминальной активности. А в случае картеля ФБР так близко подобралось к твоей личности, что тебе почти некуда деться, — он встаёт из-за стола, а я отхожу назад. — Я серьёзно. Это — конец.

В моей голове засела Кейтлин, а эти приказы всего лишь выкрики на заднем плане моего сознания, поэтому я выхожу из участка. Двое мужчин хватают меня за руки, но я стряхиваю их. На ступеньках участка собрались люди.

— Стой, — кричит шеф Стронг позади меня. — Ты арестован, Герой.

Меня встречает коллективный возглас толпы. С верхней ступеньки я вижу их широко распахнутые глаза и прикрытые рты. Каким-то образом я понимаю, что офицеры заломили назад мои руки, но не двигаюсь с места. Толпа ревёт, а я чувствую скрытый восторг. Кто-то визжит:

— Вы не имеете права!

Все разъярённо восклицают. Я слышу их всех: неважно, насколько здесь становится шумно:

— Спас моего сына от утопления… Ничего без него… Должны быть благодарны ему за то, что он делает…

Я никогда не останавливался, чтобы посмотреть на тех, кого спасал. Для меня они были всего лишь жертвами для хищника, который питал свою тьму их слабостью. Проходят секунды до того, как начинается симфония из щелчков камер и появляется фургон репортёров медиа-компании.