Fedotov - Hozyin

– По обстоятельствам. Например, какое отношение он имеет к обряду бога Тенгри?

– А он имеет?

– Несомненно!

– Ладно, – окончательно сдался Ракитин. – Валяй! Только мне – полный отчет!..

– Вам первому, инспектор!

– А кто второй?

– Ты еще не забыл, где я работаю?

– Звони отсюда.

Я снял трубку и набрал номер музея.

– Мария Сергеевна?.. Здравствуйте! Котов говорит… Да, двигается помаленьку… Вот с этим я вам и звоню. Просьба у меня: разрешите мне встретиться у вас с немецким профессором Крюгером… Может быть, даже сегодня вечером. Как договорюсь… Спасибо огромное, вы меня здорово выручили! – Я положил трубку на рычаг и щелкнул пальцами: – Вуаля, инспектор!

– Бла-бла-бла, – буркнул Ракитин. – Ты всегда умел уговаривать женщин. Не зря тебя Котом окрестили!

– А то! Ну, теперь – к профессору! – Я вскочил и бодро двинулся к двери кабинета.

– Про отчет не забудь, – бросил мне вдогонку заметно подобревший Олег.

Договориться с Крюгером не составило большого труда. Едва профессор услышал, что его приглашает дама – директор музея, где проходит уникальная выставка да еще по его профилю, немец тут же дал согласие. То, что «дама» не в курсе о своем собственном приглашении, я скромно умолчал.

Покинув университетские стены и окунувшись в утренние лучи солнца, я неожиданно понял, что идти в редакцию не хочется. Я набрал номер на мобильнике, трубку снял Дон Теодор:

– Редакция новостей…

– Привет, Федор, – начал я грустно-усталым голосом. – Что у нас новенького?

– Привет. А ты где?

– Иду в травмпункт, – брякнул я первое, что пришло в голову.

– Черт! Что случилось?

– Пообщался тут неудачно кое с кем. – Я решил выдать ему правдоподобную версию вчерашних событий.

– Это из-за ограбления?

– Ага. Понимаешь, у противоположной стороны появились серьезные возражения по поводу моего расследования, и они вызвали меня на диспут.

– Так. – Дон Теодор перешел на деловой тон. – Помощь нужна?

– Пока нет. Просто скажи там, что я сегодня временно нетрудоспособен: голова после диспута болит. Очень уж аргументы тяжелые оказались.

– Ладно. Отлеживайся, я прикрою.

– Спасибо, Федор!

Конечно, врать нехорошо, но в данном случае грех был невелик. Собственно, писать мне еще было пока не о чем, а сидеть в душном помещении, когда на улице такая изумительная погода – кощунство! К тому же у меня появилась интересная мысль действительно проверить ближайший травмпункт: не обращался ли кто вчера поздно вечером туда за помощью по поводу сотрясения мозга или перелома ребер? То, что двое из троих моих вчерашних визави серьезно пострадали, я не сомневался.

Травмпункт располагался через два дома от моего. Юная медсестричка – явно практикантка – долго не могла взять в толк, что мне нужно.

– Девушка, посмотрите по журналу, были ли вчера ночью или под утро обращения с травмой головы или ребер?

– Пострадали ваши родственники?

– Какая разница?! Знакомые!.. Ищу их с утра. Дома не появлялись, на работе – тоже…

– Минуточку… Как их фамилии?

– Да откуда я… Не помню я их фамилий! Собутыльники они – Василий Иваныч, Петруха, Анка-пулеметчица…

– Пулеметчица?!

– В журнал, девушка! Посмотрите в журнал! Неужели так трудно?

Наконец она раскрыла толстенный гроссбух и еще долгую минуту возила лакированным коготком по кривым разноцветным строчкам.

– Да, было два обращения, – гордо заключило это юное создание, окончив поиски. – Шнурков Сергей Петрович, двадцать восемь лет, сотрясение мозга первой-второй степени в результате сильного ушиба лобной части головы о твердый предмет…

Я невольно с уважением покосился на свой кулак.

– …Сычев Геннадий Степанович, двадцать три года, перелом двух левых задних ребер в результате сильного удара твердым предметом, предположительно палки или обрезка трубы…

А это всего лишь мой локоть! Силен ты, Дмитрий Алексеевич! Но «шаман» тебя все же уделал…

– А вы не могли бы выписать их адреса? Я схожу, хоть проведаю болезных…

– Минуточку… Пожалуйста. – Девчушка протянула мне белый квадратик и вдруг добавила совершенно по-взрослому: – И чего вам, мужикам, неймется? Не можете мирно посидеть?..

– Больше не будем, – пробормотал я и поспешно ретировался за дверь.

Надежда была слабая, но я все же прогулялся по указанным адресам. Конечно, никого не нашел, но по второму адресу словоохотливая соседка сообщила, что «этот нехристь все одно появится через день-два».