Fedotov - Hozyin

Товарищ Лавриков, внимательно осмотревший их, в замешательстве сказал, что рост обладателя таких отпечатков должен быть не менее двух с половиной метров, что невозможно, поскольку таких больших людей не бывает.

– Нет, бывают! – с жаром возразил ему участковый Потапенко. – Я вот недавно в библиотеке книжку взял почитать. Называется «Занимательная биология». Доктор наук написал! Так вот там он пишет, что в Африке есть племя очень высоких людей, больше двух метров ростом…

– Ты хочешь сказать, что по нашей тайге бродит негр-великан?

– Негр, не негр, а кто-то бродит. Селяне мне уже не раз рассказывали, что видят ночами в деревне то ли косматого человека, то ли лешака…

– Вы мне это прекратите, товарищ участковый! – рассердился товарищ Лавриков. – Что за мракобесные мысли? Леших, чертей и прочей нечисти не бывает! Это предрассудки и пережитки темного прошлого. А вот поймать этого контрреволюционного элемента просто жизненно необходимо!

– И как вы его предлагаете ловить?

– Расставим караулы во всех местах, где этот гад появлялся, и схватим.

Сказав это, товарищ Лавриков ощутил знакомое еще с Гражданской чувство ненависти к врагу, горячей волной окатившее изнутри грудь. Он расправил плечи и сурово посмотрел на коммунаров и участкового. Все трое не выдержали и опустили головы. Тогда товарищ Лавриков произнес короткую, пламенную речь, призвав собрать волю в кулак, изгнать из сердца страх и дать решительный отпор проискам контрреволюции в лице неизвестного пока расхитителя социалистической собственности. К концу речи комсомольцы и участковый Потапенко явно воспряли духом, а в глазах их вспыхнул огонь справедливого гнева.

Вчетвером они вернулись в коммуну, и товарищ Лавриков тут же распорядился срочно созвать внеочередное общее собрание. Товарищ Болшаков его полностью поддержал и отправил двух юных комсомольцев за остальными членами коммуны.

Решение общего собрания стало единодушным: немедленно изловить коварного врага, пытающегося своими действиями задержать построение образцового коммунистического хозяйства имени товарища Троцкого.

Немедленно были созданы боевые тройки из самых физически крепких и морально устойчивых комсомольцев. Каждую тройку вооружили охотничьим ружьем и холодным оружием, вроде вил или топоров. Товарищи Лавриков и Болшаков проверили и почистили свои личные наганы, а участковый Потапенко перезарядил табельный кольт.

Две тройки во главе с участковым ушли в деревню, остальные заняли места на территории коммуны. Теперь у врага не осталось ни малейшего шанса избежать справедливого возмездия!

*

Первая ночь минула без происшествий. Днем членам троек удалось немного поспать и перекусить для поддержания бодрости духа и боевой решимости. Товарищ Лавриков вечером снова произнес вдохновляющую речь, помянув, что враг хитер и коварен и желает усыпить революционную бдительность, чтобы продолжить вершить свои грязные дела.

– Но он, как всегда, просчитался! – грозно закончил комиссар коммуны. – Коммунисты и комсомольцы крепки духом и верой в светлое коммунистическое завтра и никому не позволят гнусно покушаться на общенародные идеалы!

Бурные аплодисменты стали ответом на этот призыв, и боевые тройки разошлись по своим местам.

Всю ночь отважные комсомольцы не смыкали глаз, вглядываясь в темноту и прислушиваясь к звукам спящей природы. Дежурство проходило спокойно, но когда пропели первые петухи, и над зубчатой кромкой тайги на востоке появились первые робкие отсветы зари, нагрянул враг.

Он напал коварно, совсем не с той стороны, откуда его ждали доблестные защитники социалистической собственности, расположившиеся возле общественного амбара. Едва один из комсомольцев отошел за угол справить малую нужду, как оттуда раздался его страшный крик, следом – глухой рев, и снова крик терзаемого болью человека, к тому же быстро удаляющийся. Оба оставшихся комсомольца схватили оружие и бросились на выручку товарищу. Но они опоздали. Их друг, юный комсомолец Алексей Филозов, исчез. На месте сторожа обнаружили только его картуз, разорванный почему-то пополам, да топор со сломанным у самого обуха топорищем.

– Это ж какой силой обладать нужно, чтобы такое сотворить?! – изумился товарищ Филозова, друг его детства, комсомолец Громов.

– Да, враг силен, – согласился с ним старший тройки, Иннокентий Петрищев, комсомолец, герой Гражданской войны и кандидат в члены ВКП(б). – Но мы сильнее! Мы найдем и спасем нашего товарища.