Pepper Winters - Second Debt

Джетро не взглянул на меня, предпочитая смотреть на конюха, который нес потник [прим. пер. часть седла].

— Ты кончила?

Я вздрогнула, пытаясь отстраниться от его прикосновения.

— Не твое дело.

Джетро двигался со мной, его пальцы впились в напряженные мышцы моей спины.

— Не мое дело? А я уверен, что мое. — Он понизил голос, его взгляд по-прежнему избегал мой. — Видишь ли, мне надо знать, влажная ли и жаждет ли освобождения женщина, которая принадлежит мне. Мы сегодня будем в публичном месте, мисс Уивер. Присутствие кого-то, столько изголодавшегося, какой ты была в душе, — это вопрос общественной безопасности.

Его губы дернулись, когда он, наконец, склонил голову и посмотрел в мои глаза.

— Поэтому, скажи-ка мне... ублажала ли ты себя пальчиками, пока твоя киска не сжалась, фантазирую о том, как оседлала мой член, как именно мой член, врывался в тебя? Или ты притворилась, что ты не такая девочка и перестала играть с собой?

— Заткнись, — прошипела я. Мой взгляд метнулся к персоналу, который бродил перед нами. Джетро не был так уж тих, любой мог услышать, если бы сильно поднапряг слух.

Твердо [прим. ред. игра слов: hard можно перевести как сильно, а в сексуальном плане твердо или твердый].

Боже, даже такое невинное слово рисовало непристойные картинки в моей голове. Картинки твердого члена Джетро поглотили меня, и мое сердце бешено стучало о ребра. Все мои усилия ослабить боль между ног были тщетны. За пару предложений Джетро возбудил меня.

Вновь.

У гребаного засранца была суперсила.

— Ответь мне, мисс Уивер.

Мои ладони сжались в кулаки, и я выплюнула:

— Нет. Не кончила. Доволен? Я была слишком зла. Потому что ты назвал меня лгуньей. Хотя именно ты в этом ужасен, — я захохотала и добавила. — Поздравляю, ты выиграл награду «Лицемер года». — Я мысленно похлопала себя по спине за то, что использовала заученный ответ.

Джетро закатил глаза:

— И как долго ты ждала, чтобы использовать эту фразу?

Да пошел он, он украл всю радость, которую я должна была получить от возможность переплюнуть его. Он опустил руку на мое бедро, притягивая меня к себе.

— В любом случае, я уверен, что если бы была такая награда — она бы ушла к тебе.

«Не спрашивай. Даже не спрашивай — почему».

Мне было дико сложно высоко держать подбородок и не клюнуть на его наживку, но я смогла. Едва-едва.

Джетро фыркнул, расстроенный, что я не клюнула.

— Прекрасно... раз хочешь вести себя так. — Отпустив меня, он развернулся, чтобы уйти, но сначала прижал губы к моему уху. — Когда я твердый как камень и испытываю боль от фантазии, как трахаю тебя, когда я едва могу видеть, потому что представлял, как мой член скользил внутрь и из твоего тепла, я уверенно беру в руку член и дрочу, пока не кончаю так сильно, что это похоже на гребаный снегопад.

Оставив невинный поцелуй на моей щеке, он прошептал:

— Вспомни об этом в следующий раз, когда решишь оседлать душевую головку и просто позови меня. Я положу конец твоим страдания, но это будет не бесплатно.

Мой рот широко открылся. Моя матка испытывала такую боль, какой не было прежде, — отчаянную и чувственную — призыв к большему, чем просто сексу, а именно первобытную нужду в том, чтобы мужчина заполнил меня.

Губы Джетро изогнулись в полуулыбке, затем он ушел, направившись к отцу и Дэниелю.

Мое сердцебиение отдавалось в ушах. Я стояла как идиотка, пока прислуга продолжала заполнять багажник и смотрела на меня со странным выражением на лице. Румянец окрасил мои щеки, когда я подумала, что они знали, что беспокоило меня.

Секс.

Я была унижена тем, что желала секса, пока вся моя жизнь находилась в хрупком равновесии.

Секс.

Чудовищная потребность, которая делала могилы и долги, и метки иллюзиями по сравнению с обещанием посетить рай в его руках.

— Нила... ты в порядке? — спросил Кес, встав рядом со мной.

Я выдохнула. У меня не было настроения общаться с ним.

— Да, в порядке. — Махнув рукой на всю эту суматоху, я спросила. — Для чего все это?

Кес ухмыльнулся.

— Пару дней назад я говорил тебе. Поло.

По каким-то странным причинам, я думала, что это будет проходить в поместье Хоук. Я взглянула вниз на свое платье и джемпер. Моя одежда не была достаточно теплой для осенней прохлады.

— А мне по-прежнему позволено поехать или...

— Конечно, я сказал тебе... персонал, пленники... — он шутливо толкнул меня в плечо. — Чем больше, тем веселее. Пошли, время ехать. — Он направился к семье, не оставляя мне выбора, кроме как последовать за ним, несмотря на то, что я хотела рвануть в обратном направление от Ката Хоук.