popovy - Unknown

Мы с Кайлом обмениваемся взглядами. Я не думал об этом, и очевидно, что она тоже.

— Я не знаю, кому может быть интересно подобное, — говорит она.

Джессика отмахивается от ее беспокойства.

— О, не беспокойся об этом. Я знаю многих людей. Как и Дональд. Это будет не за деньги, как сказал Дональд, лишь чтоб ты сделала первый шаг и начала создавать репутацию. И опять же, Лаклан и собаки выиграют от этого. Что скажешь? Тебе было бы интересно подобное, если бы у меня получилось?

Кайла моргает пару секунд, потом выпрямляется.

— Да. Да, конечно! Было бы здорово. Когда торжество?

— В пятницу, — говорит Джессика, и посылает мне твёрдый, проницательный взгляд. — Насколько я знаю Лаклана, он вполне может все испортить. Это будет не первый раз. В один год он показался там в своей форме, так как пришёл сразу после тренировки.

Я прочищаю горло. Гребаный вечер для сбора средств для приюта. Джессика проводит его каждый год, и я должен появиться там, подписать автографы, познакомится с людьми, и пропиарить приют. Я обычно беру с собой Лионеля, и он располагают людей к себе гораздо лучше меня.

— У меня это совсем вылетело из головы, — говорю я им. — Я был занят.

Кайла понимающе улыбается на это.

— Все нормально. Амара уже все мне рассказала. Я просто была не уверена, когда он.

— Всегда в начале сезона. Люди взволнованы по поводу регби, и обычно я могу привести с собой пару членов команды для поддержки. — Я делаю паузу, отлично зная, что Дональд и Джессика смотрят на меня. — Я хотел бы, чтоб ты была моей парой, если ты не против делить меня с Лионелем.

— Ты же знаешь, я не против.

— Он хороший, правда? — тепло говорит Джессика.

— Кто, Лаклан или собака?

Я издаю смешок.

— О, лапочка, пожалуйста, не надо выбирать.

Мои слова заставляют Джессику с Дональдом обменяться взглядом, который я изо всех сил игнорирую.

Звенит дверной звонок и Джессика поднимается.

—Это, должно быть, Бригс.

Бригс мой брат, и мне сразу же становится не по себе, что я не связался с ним, когда вернулся. У нас очень хорошие отношения, хотя я, когда был моложе, протащил его, и Джессику с Дональдом, через ад. И лишь недавно он отстранился больше, чем я тогда. Три года назад его жена и ребёнок умерли в ужасной автомобильной катастрофе, и с тех пор он стал другим. Я понимаю его, хотя не могу сказать, что понимаю его горе, не то чтобы я хотел. Но я понимаю, почему он отгораживается от всех. Это не просто боль потери. Он винит себя за аварию, так как перед этим они поругались. Я никогда не выяснял, по поводу чего была ссора, но, по словам, Бригса, этого было достаточно, чтобы винить во всем себя. Иногда мне хочется обратиться к нему, сказать ему, что я знаю что такое чувство вины, но у меня не хватает смелости упоминать это дерьмо даже про себя.

— Привет, мам, — говорит Бригс, целуя Джессику в обе щеки. Хоть я и зову их родителями, я никогда не мог называть их папа и мама. Не уверен, может это защитный механизм.

Бригс заходит в дом и с удивлением смотрит на всех нас. В Бригсе можно увидеть черты моих кузенов и наоборот. Он высокий и мускулистый, хотя в последнее время выглядит достаточно худым, с яркими голубыми глазами, которые я не могу описать иначе как обеспокоенные. Благодаря Джессике его скулы резкие и угловатые. Когда он особенно зол, вам определено захочется покинуть комнату. Я могу заставить кого-то замолчать кулаками, он же может заставить замолчать комнату лишь одним взглядом.

— Лаклан, — говорит он, и в его голосе присутствует веселье, которого там не было раньше.

Я поднимаюсь с кресла и обнимаю его, похлопывая по спине.

— Рад видеть тебя, брат, — говорит он, глядя мне прямо в глаза.

— И я тебя.

Он смотрит мне через плечо и, когда видит Кайлу, поднимает брови.

— А это кто здесь?

Ничего не могу поделать и гордо сияю, глядя на неё. Я, вероятно, выгляжу как полный дурак, но мне все равно.

— Это Кайла. Она из Сан-Франциско.

— Да? — спрашивает он и кивает ей. — Первый раз в Шотландии, да?

— Точно, — говорит Кайла.

— И ты выбрала гидом эту обезьяну? Это мне следует все тебе тут показать, ага? Показать тебе настоящую Шотландию, а не страну глазами этого вспыльчивого игрока в регби, — говорит он с большой улыбкой. Он моментально переходит от образа мрачного типа к шутнику, и я вижу, как расслабляются плечи Кайлы.

— Бригс, — предупреждает Джессика. — Будь милым.

— Милый - слово из пяти букв, — говорит Бригс и, к счастью, все смеются. Приятно видеть его счастливым, и я понимаю, возможно, остальные рады видеть счастливым и меня.