Кэтрин Брикс - Unknown

Его сильно избили, и я поражаюсь, как он столько времени провел в движении. Яну следует отлежаться и прийти в норму после всего случившегося.

Как только открываем входную дверь, навстречу спешат наши мамы и Глеб с Мариной.

- Доченька, - первой в своих объятиях меня сжимает мама.

- Всё хорошо, - успокаиваю её и улыбаюсь стоящей рядом Марине.

Отпускает меня и осматривает с ног до головы.

- Что эта сволочь сделала с тобой? – её глаза блестят от слёз.

- Я в порядке, мам, - сжимаю её ладони в своих руках, - всё закончилось.

Следующей подходит Светлана Ивановна и так же сильно обнимает меня. Наши мамы выглядят уставшими, и я их понимаю. Я тоже не смогла бы спокойно переносить всё, что происходит в жизни моих детей. Надеюсь, наш с Яном ребенок не будет заставлять нас так же нервничать.

Когда мамы более-менее успокаиваются, очередь доходит до Марины.

- Я так переживала, - произносит тоненьким голоском мне на ухо, - рада, что ты вернулась.

- Я тоже очень рада, - выпускаю её из объятий и улыбаюсь.

Только я решила, что с приветствиями, объятиями и утешениями покончено, как навстречу неуверенно шагнул Глеб. Не ожидала, что брат Яна станет меня обнимать, потому что мы особо не общались до моего дня рождения; и вообще казалось, что не воспринимает меня всерьез. Но он с улыбкой подходит ко мне и притягивает к себе.

- С возвращением, - произносит Глеб, - и спасибо тебе. За всё, - делает особое ударение на последних словах.

Не знаю, за что он благодарит, но его слова заставляют меня смущенно улыбнуться.

- Всё, довольно. Вика устала, - Ян берет меня за руку.

- Конечно-конечно, пойдемте на кухню, - говорит Светлана Ивановна.

Все расходятся, и мы с Яном остаемся вдвоем.

- Я в душ схожу сначала, - предупреждаю его.

- Хорошо, - касается моих губ лёгким поцелуем.

Первым делом захожу в спальню и достаю из шкафа серый спортивный костюм. Обвожу комнату взглядом и в очередной раз понимаю, как сильно я скучала по дому. На кровати до сих пор лежат оставленные мной вещи – значит, Ян не спал. Нам двоим нужно отдохнуть и серьезно поговорить обо всём.

Захожу в ванную и включаю душ. Встаю под теплые струи и позволяю им смыть всё напряжение, стресс и волнение, накопившиеся за эти дни. Беру мочалку и выдавливаю на неё ванильный гель для душа. Провожу по плечу и спускаюсь вниз по руке. Замечаю синяк, оставленный Мишей. До сих пор я практически не думала о нём. Все мои мысли были только о Яне, доме, нашем малыше и Роме. Я не знаю, должна ли испытывать жалость к Мише, ведь теперь он проведет много лет в тюрьме или в психиатрической клинике. Но всё, что я чувствую,– это сожаление. Сожаление о том, что я познакомилась с этим человеком, позволила ему подобраться слишком близко и управлять моей жизнью. Сожаление о том, что играла по его правилам и втянула во всё это Яна и наших друзей. Сожаление о том, что скрывала его преследования и ничего не рассказала Яну. И теперь мне остается только молиться, чтобы Миша больше никогда не появлялся в нашей жизни. Я хочу, чтобы его наказали по всей строгости.

Стук в дверь отвлекает меня от мыслей.

- Вик, ты в порядке? – слышу голос Яна.

- Да. Сейчас выхожу.

Смываю гель и выключаю воду. Быстро вытираюсь, надеваю спортивный костюм и подсушиваю волосы феном. Через несколько минут волосы практически сухие.

Выхожу из ванной и сталкиваюсь с Яном, сидящим у двери.

- Почему тут сидишь, а не на кухне?

- Тебя жду, - улыбается.

Помогаю Яну подняться с пола и обнимаю за талию. Наверное, сейчас я окончательно осознала, что весь этот ужас с Мишей закончился, потому что готова разрыдаться от облегчения. Беру себя в руки и отстраняюсь.

- Пойдём, - выдавливаю улыбку.

С кухни доносятся приятные ароматы. Не могу разобрать, чем пахнет, но уверена, Светлана Ивановна и мама приготовили нечто необычное и как всегда вкусное.

Все сидят за столом и что-то обсуждают. Как только мы с Яном садимся – перед нами сразу же ставят тарелки полные еды. В животе тихонько урчит, и во мне, наконец-то, просыпается аппетит. Ловлю на себе заинтересованные взгляды и улыбки. Не понимаю, почему все так на меня смотрят?

- В чём дело? – неуверенно задаю вопрос и смотрю на всех по очереди.

- Когда ты собиралась нам сказать, что беременна? – мама светится от счастья.

- Я планировала сначала Яну сообщить, - опускаю взгляд на тарелку, - но всё пошло немного не так.

Ян кладёт руку мне на колено и слегка сжимает его.

- Милая, я так рада! Какой срок? – спрашивает Светлана Ивановна.