Юлечек - Unknown

Поместив свой указательный и большой пальцы на свою челюсть, он пробежался своим взглядом вверх и вниз по моему телу.

– Сколько?

Бросив на него косой взгляд, я спросила:

– Что?

– Ты слышала меня. Сколько? Я мог бы разок использовать твою задницу для своего члена. Уверен, ты могла бы взбодрить его немного.

Бросив взгляд на его промежность, я поняла, что мысленно он уже трахал меня.

– Пошел на хрен, мудак. Я не проститутка.

Покрепче сжав ремешок своей сумочки, я почувствовала, что находилась в двух секундах от того, чтобы врезать ему.

– Ты не проститутка? Посмотри на себя. Ты – определенно проститутка, – переступив с ноги на ногу, мужчина прикусил свою нижнюю губу, потянув ее в рот.

Я заговорила, повысив голос:

– Я не проститутка, теперь свали отсюда.

Вдруг, я почувствовала на плечах руки, которые отодвинули меня в сторонку. Хиган встал рядом со мной, его плечи выглядели напряженными, руки были сжаты по бокам, а на лице читалось желание что-нибудь разнести.

– Что ты сказал ей?

Мужчина протянул руку, все еще стоя в дверном проеме, самодовольно наклонившись:

– Твоей суке здесь будет сложно. Я просто хотел немного повеселиться сегодня вечером, и...

Хиган не дал закончить предложение этому старому мудаку. Одним быстрым рывком парень схватил его за заднюю часть шеи.

– Не стоит так с ней разговаривать, – его слова просачивались сквозь зубы. Я смотрела, как пальцами Хиган впивался в шею мужчины до тех пор, пока его ногти не исчезли в плоти.

– Слушай, Хиган, я не понимаю. Она одета, как сраная проститутка, я просто подумал...

– Нет, ты не подумал. В этом и проблема. Теперь убирайся, прежде чем я действительно причиню тебе боль. Ты понял меня, Алекс?

Алекс покачал головой, и Хиган толкнул его в направлении двери. Положив руку мне на талию, он повел меня обратно к столу, не спуская глаз с мудака, который только что оскорбил меня.

И у меня был такой прилив волнения, который ударил меня в полную силу, что сердце неистово заколотилось в груди. Электричество пробежало по моим венам, и меня чуть не стошнило, потому что ощущения были такие, как будто дикий огонь внутри меня нашел сухой хворост. Хиган просто заступился за меня и защитил от какого-то сраного извращенца.

Взглянув на лицо мужчины, я захотела поцеловать его и поблагодарить за то, что он сделал. Хигану не нужно было за меня заступаться, но он сделал это.

Он снова сел на стул, когда Стелла в изумлении уставилась на своего сына.

– Хиган, это разве было так необходимо?

Она произнесла эти слова укоряющим тоном, не одобрив того, что он сделал, и того, что это было на глазах у всех.

Кружа пальцами вокруг своего запястья, она осматривала помещение. Тихие голоса становились все громче, так как они все шептались между собой, пока косились в нашу сторону.

– Знаете что? Я думаю, мы закончили.

Поднявшись из-за стола, Хиган бросил салфетку вниз.

– Пойдем.

Резко развернувшись, мужчина направился к выходу.

Я мило улыбнулась, а затем произнесла:

– Было приятно с вами обоими познакомиться.

Меня начала охватывать печаль, потому что мне было обидно за Хигана.

Отец не давал ему никакой слабины, и это было видно по глазам Брэндона. Он считал, что Хиган его подвел. Или, по крайней мере, сын не оправдывал ожидания отца. За этот короткий обед с родителями этого мужчины, я смогла увидеть маленький проблеск его настоящей жизни. И от этого меня будто накрыло волной скорби.

Он просто поставил себя между мной и каким-то уродом, который пытался заставить меня трахнуться с ним. И для его родителей это стало еще одним пунктом в списке того, чем сын опозорил их.

Вероятно, Хиган прожил всю свою жизнь в сравнении с другими. На него смотрели свысока, если ему не удавалось быть тем, кем хотел видеть его отец.

«Что его отец имел в виду? «Ты знаешь, что будет»» . Брэндон как будто держал это над головой, как игрушку для своего кота. Он хотел что-то от Хигана, он что-то ожидал получить.

Было ли это причиной, по которой Хигану понадобился ребенок? Было ли такое возможно?

Я начала сравнивать нас, вспышки наших жизней, отражающих друг друга.

Хиган сказал, что ему нужен ребенок, иначе он потеряет все.

Моя семья ничего не держала над моей головой, но я должна была помочь им. Это было единственно правильным – все, что я сделала, чтобы помочь своей матери с лечением, которое ей необходимо. Неважно, что и как.

Наши жизни пересеклись таким образом, что мы оба оказались в одной лодке, сидя в ней посреди шторма.