Юлечек - Unknown

Мой телефон завибрировал на тумбочке. Взглянув на него, я увидела, что это звонила Фиона. « Какого черта ей надо? » Она никогда не звонила мне просто так. Увидев ее имя на экране, я уже знала, что ей что-то было нужно.

Нажав кнопку ответа, я сказала:

– Привет.

– Привет, Куппер. Это Фиона.

В ее микрофоне слышался треск с металлическим гулом. Этот звук раздражал мое ухо.

– Что тебе нужно, Фиона?

– Я слышала, ты уезжаешь сегодня на остров Мартас-Виньярд?

– Да, Глория сказала, что мой самолет вылетает в семь.

« Почему она звонит и спрашивает меня об этом? » Фиона была хороша в притворстве, если была заинтересована в чем-то. Она была одной из тех людей, которые в глаза говорили одно, а за глаза – другое.

Она считала «Тигрицу» аналогом школьной столовой. У нее был круг «друзей», которых она критиковала за их спинами, как только представлялся случай. Фиона поставила себя на пьедестал и думала, что все будут относиться к ней, как к гребаной королеве.

– Ну, я хотела поинтересоваться, не хочешь ли ты, чтобы кто-нибудь составил тебе компанию? Там может быть опасно, поэтому я предлагаю свою помощь, если хочешь, конечно.

Ложь, которая сквозила в ее словах, была слышна даже через динамик.

– Извини, Глория сказала, что у них был конкретный запрос. Они хотели только одну девушку – меня.

Лично мне бы хотелось, чтобы было разрешено взять с собой кого-нибудь, ведь всегда приятно видеть знакомое лицо. Но даже если бы мне разрешили, я бы не позвала Фиону.

Я слышала ее недовольство, когда она бормотала себе под нос. Ей не понравился мой ответ. И я ей никогда не нравилась. В основном, она ненавидела тот факт, что я не ходила кругами, целуя ее задницу, как другие девушки. Я – смелая личность. Я не боялась быть честной и никогда не притворялась.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Я не хочу видеть твое лицо на стенде пропавших без вести.

Я закатила глаза и сделала паузу, прежде чем ответить. Я знала о возможных проблемах, связанных с нашей работой. Да, всегда был риск, в один момент ты танцуешь на частной вечеринке, а в другой – тебя уже везут на юг.

Но Глория уверяла меня, что это была надежная работа. И, зная о том, сколько я ей должна, я не боялась, что она подвергнет меня опасности. Она бы от этого только проиграла. С ее стороны было бы крайне глупо рисковать своими же деньками.

– Спасибо, Фиона. Но со мной все будет хорошо, – сарказм слетел с моего языка, и я улыбнулась. В ее вопросе не было озабоченности моей безопасностью, зато была зависть.

Ни одна из других девочек, которые работали в «Тигрице», не знали про мой долг перед Глорией. Она хотела, чтобы мы держали это в секрете. Последнее, что ей было нужно, чтобы другие девушки воспринимали ее как открытый банковский счет, который бы вытаскивал их из беды.

Так что, хоть они и видели, сколько я зарабатываю, никто не знал, что семьдесят пять процентов уходили в карман моего босса.

Что касалось Фионы, то я просто украла у нее высокооплачиваемое выступление, вот она и бесилась.

Повесив трубку, я схватила несколько нереально коротких платьев, несколько пар шипованных туфель на каблуках, и затолкала все это в свою сумку. Я не была уверена, что кого-нибудь заинтересуют мои наряды, но, в любом случае, мне хотелось иметь несколько вариантов одежды.

Есть одна вещь, о которой я узнала из предыдущих выступлений – всегда нужно быть готовой ко всему . Ты никогда не знаешь точно, что может понадобиться, поэтому нужно заранее упростить себе работу.

Глория дала мне первое задание на выходные. Я буду танцевать на вечеринке в особняке на побережье. Мартас-Виньярд был богатым городом высокого класса. Она сказала, чтобы я провела там все выходные, и если меня попросят остаться, то мне уже самой решать – уезжать или нет.

Я не собиралась уезжать. Они были готовы заплатить большие бабки, только чтобы я осталась.

Не буду врать, идея полететь на остров казалась захватывающей. Это был первый раз, когда я кайфовала от своей работы. Когда меня лично запросили для частной вечеринки, по моему телу разлилось тепло, а по коже побежали мурашки.

Я чувствовала себя особенной. И мне это нравилось.

Я сняла с вешалки клетчатую рубашку, остановившись в нерешительности. « К черту все, мне нужно надеть что-то, в чем мне будет удобно » . Запихнув рубашку в сумку, я бросила туда же свои кроссовки и джинсы.

Большую часть своей жизни я считала себя дурнушкой. Мне не нравились макияж и модная одежда. Каблуки я носила только на свадьбах или в школе танцев, которую посещала. Я была гораздо счастливее, когда надевала стоптанные кеды и свободные футболки.