Александра Стукова - Unknown

Это наша политика - все отменить вместо того, чтобы делать вполсилы. В обычной ситуации я бы с ним согласился, потому что мне сейчас нечего делать на сцене, но, правда в том, что теперь я знаю, что произошло с Ларк, и не совсем уверен в том, как все исправить. Не после того, как она сбежала от парня, который ей изменил. Что вообще мне ей сказать, чтобы убедить - я не нарушал данного ей обещания?

- Да просто у меня голова забита проблемами, но я играю.

Не важно, что творится в моей голове, я позволяю своему телу делать то, что у него получается лучше всего. Работая на чистом адреналине и мышечной памяти, мои пальцы рвут струны гитары, мой голос передает слова из песен, которые я написал, спасая себя от темных страниц прошлого.

Мы играем добрых полчаса, прежде чем я решаю сменить список песен.

- Мы отменяем «Падшего Ангела».

Дом выглядит шокированным, учитывая, что эта песня значит для меня больше, чем остальные. Качая головой, он немедленно отклоняет мою идею: - Мы не можем, Ист. Уже финал, а это лучшая песня, какая у нас есть. Они сходят с ума каждый раз, когда мы ее играем.

Мне плевать, насколько они любят эту песню. Они не понимают, что за ней скрывается и сколько времени мне понадобилось, чтобы вложить всю свою боль в слова. Это песня – все, что у меня осталось от нашей связи, и я не сомневался, что если бы поймал каждую эмоцию, которую мы с ней разделили, у меня бы получилась музыкальная капсула времени, которая бы существовала вечно.

- Я не чувствую ее сегодня вечером. Окей?

- Клянусь, если ты не расскажешь Ларк о Шай, мне придется сделать это самому ради тебя. Эта цыпочка так тебя запутала, она внутри твоей головы трахается с твоей музыкой, а никто не смеет так поступать с твоей музыкой.

Если бы это было так просто, рассказать Ларк, что я потерял того, кого любил, я бы давно это сделал, но это не так. Здесь кроется нечто большее – ее чувства, мои, то, что нас связывало. Это чертовски сложно.

- Хотя это не особо важно, но я бы предпочел не петь о своей мертвой подруге, когда девушка, с которой я сейчас встречаюсь, находится где-то на этом корабле, думая, что я изменяю ей с Джиной.

Глаза Дома расширяются, пока до него доходит, насколько запутана данная ситуация.

- Черт, я не знал. Можем тогда вместо нее сыграть «Осенний край».

- Ты хочешь, чтобы вместо нее мы пели про твою бывшую подружку?

- Нет, не хочу, но чем еще мы может заменить «Падшего Ангела», какая еще песня заслуживает быть финальной?

- Мы и не можем. Просто давай сыграем эту чертову песню, но это в последний раз. Я не могу петь о ней, как она этого заслуживает, когда у меня башку переклинило.

Прежде чем у него появляется шанс вступить в спор, я отворачиваюсь и теряюсь в музыке до окончания шоу. Дом рискует нарваться на гнев Джины и поет песню, которую написал для своей бывшей. Даже если в том числе и из-за него я оказался в данной ситуации, я все равно ему обязан.

После одной песни на бис, занавес закрывается. Я, наконец, снова могу дышать, потому что знаю, что теперь могу отправиться на поиски Ларк. Дом подходит ко мне сзади, хлопая меня по-братски по плечу. Он всегда определял, когда мой мозг кипел, как паровой котел.

- С тобой все нормально, Ист?

Я убираю свои барабанные палочки в сумку и закрываю футляр для гитары. Я даже не знаю, как ответить на этот вопрос. Со мной все в порядке?

- Я должен перестать думать, старик.

- Не думаю, что ты можешь просто от этого спрятаться. Независимо от того, хочешь ты ее или нет, она принадлежит тебе. У тебя не будет еще одной Шай, но это не значит, что у тебя не может быть чего-то столь же хорошего.

- Вот, ты снова говоришь, как Джина.

Он пожимает плечами, даже не пытаясь это отрицать.

- Она, мать твою, моя. Я ничего не могу с этим поделать. Она владеет мной.

Моя…прошла вечность с тех пор, как я мог назвать кого-то «моей», не говоря уже о том, чтобы кто-то владел какой-либо частью меня.

- Иди найди ее, Ист.

- Я рассчитываю на это.

Я забегаю к себе в каюту, чтобы закинуть свои палочки и гитару, палочки все еще напоминают мне о Ларк. Только холодный душ может заставить прекратить думать о том, где они побывали. Блять, это была такая горячая ночка.

Несмотря на холодный душ, я продолжаю думать об ее обнаженном теле, пока иду к ее каюте. Добравшись до комнаты, я замираю на секунду, пытаясь придумать правильные вещи, чтобы все ей объяснить, когда она откроет дверь. Собравшись с духом, стучу в дверь.

Когда она открывается, я уже готов ворваться, даже не принимая «нет» в качестве ответа. До тех пор, пока я не осознаю, что передо мной стоит какой-то парень вместо Ларк. На мгновение, я думаю, что должно быть ошибся дверью. Я уже почти собрался уйти, но вспомнил, что я дважды проверил номер на двери, прежде чем постучать – дважды.