Р.Д. Левис - Картер

Зная точно, что я хотела, он наклонился ближе ко мне. Наше дыхание остановилось, когда он захватил своими зубами мою нижнюю губу и нежно потянул за нее. Я немного заерзала, не находя слов. Он прост слегка укусил меня, не так ли? О Боже, это было так сексуально. Он отпустил мои губы, и я почувствовала, как его язык скользит по ним и пытается проникнуть сквозь сомкнутые зубы. Это был самый мягкий поцелуй из испытанных мною — не то чтобы у меня был большой опыт, но это было слишком хорошо, чтобы быть реальным.

Бездомные? Нет ничего плохого в том, чтобы спать в автомобиле. Еда? Не важно, я могла рыться и в мусоре. Школа? Можно многому научиться и на улице.

Ничто из этого не имело значения, если это означало, что он будет целовать мои губы каждую ночь.

Я поцеловала его в ответ, показывая ему противоположность нежности. Я была страстной, обнажая все это, не скрывая своего желания чувствовать его вкус. Он прижал меня еще ближе к себе, пока он не был вынужден лечь на меня сверху. Было тесновато, и он вполне мог раздавить меня, если бы не поддерживал свой вес, опираясь на руки по обе стороны от моей головы.

Я схватилась за его куртку, стремясь удержать его. Мне нужна была эта связь. Я не хотела, чтобы он прекратил поцелуй и забыл о нем. Я проходила через это три года назад и отказывалась переживать это снова. Не в этот раз.

Наши языки столкнулись, и наше дыхание было учащенным. Я раздвинула мои ноги шире. Может быть, это было естественно, что тело само знает, что делать, или, может быть, мой возбужденный ум точно знал, что он может сделать. Это не имеет значения. Он устроился между моих ног, и я чувствовала, как трудно ему было. У меня побежали мурашки, и я дрожала рядом с ним, но не столько от холода, сколько от просыпающегося желания.

Все мои мысли вращались вокруг секса. Я думала о том, каково это когда он обнаженный прижимается ко мне. Я задумалась, было ли это тем направлением, которое мы выбираем сейчас? Мы собирались раздеться и потеряться друг в друге? Я была готова потерять свою девственность в автомобиле с полосатыми сиденьями? В этом вопросе я была уверена. Абсолютно. Я могла сделать это. Неужели имело значение то, где мы находились? В любовных романах это было слишком переоценено. Возьмите меня даже на полу автомобиля и избавьте от этой проклятой девственности, чтобы я могла назвать Картера моим и закончить это дерьмо с «просто друзьями».

Он резко прервал поцелуй и прижался лбом к моему. Он тяжело дышал, а глаза его были закрыты. Я потянулась своими губами к нему, но он отвернулся и был вне досягаемости.

— Христос, ты меня околдовываешь, — задыхаясь произнес он, — Давай не слишком увлекаться, Лия.

— Я хочу увлечься, — возразила я.

Он усмехнулся и поднялся с меня, вызывая у меня разочарование. Радовало то, что он снова обнял меня и прижал к себе. Я смотрела на него некоторое время, пока он пытался успокоить свое дыхание. Его глаза все еще были плотно закрыты, а грудь быстро поднималась и опускалась. Он брал себя в руки, готовый отступить на свою безопасную территорию. «Государство Картера» как я это называла.

Я улыбнулась, думая над его словами, сказанными мгновение назад. Что я околдовываю его.

— Ты полностью мой, Картер? Поэтому тебе тяжело дышать? Я знаю, что я неотразима, но такого я не ожидала.

Его рот расплылся в широкой улыбке. Эти прекрасные зубы, эти пухлые губы, когда он мельком смотрел на меня, это были те мелочи, которые укрепляли мою абсолютную любовь к нему. Он скручивал мои внутренности лучшим образом.

— Ты просто замечательна на вкус, — наконец пробормотал он, когда его дыхание нормализовалось.

— Аналогично, — ответила я, — Думаю, наши губы были созданы друг для друга.

— Да? Я думал, что губы — это просто губы.

— Ты знаешь, что ты создан для меня. Ты просто не хочешь это признать.

Его улыбка медленно исчезла.

— Никто ни для кого не создан, Лия.

Я закатила глаза. Он был таким безнадежным парнем.

— Может быть ты прав, а может быть и нет. Время покажет. А теперь поцелуй меня снова и не лезь на меня, потому что я уверенна, что ты готов сорвать мою одежду, а я не готова к такому роду близости в таком неромантичном месте.

— Да. Это довольно странная машина, правда?

— Чудовищно-странная. Я чувствую, что меня проглотила зебра.

— Сумасшедшие вещи создают плохие воспоминания. Ты посмотришь на это по-другому однажды. Я уверен в этом.

Мы еще раз осмотрели интерьер машины и расхохотались. Я провела руками по чехлу. Ткань была мягкой и казалась довольно чистой. Он был прав. В будущем, оглядываясь назад, это будет выглядеть наивным.