Дарья - RIP Tilli Koul

плечи, и я взяла их в руку.

Заал нахмурился.

— Что ты делаешь? — удивился он.

— Можно я тебе помогу? — спросила я. Заал настороженно посмотрел на меня. Я

наклонилась и провела тыльной стороной ладони по его лицу. — Мне нравятся твои

длинные волосы, Заал, но я хочу видеть твое лицо.

Его хмурый взгляд не двигался, но когда я провела руками по его волосам, то его

руки легли на мои бедра. Глаза закрылись, и низкий рык раздался из его груди.

Я улыбнулась ему и собрала его волосы в узел на макушке. Закончив и, желая

осмотреть свою работу, я отступила назад, и весь воздух покинул мои легкие.

Заал наблюдал за мной, а мне казалось, что я вижу его впервые. С его длинными

черными волосами, убранными с лица, его царственно красивое лицо — высокие скулы,

темные брови, полные губы — смотрело на меня, как будто я была самой красивой

девушкой в мире, абсолютной реальностью, поразившей этот дом.

Я влюбилась в Заала. Теперь он полностью владел мной. Всеми возможными

способами. Он был в каждой моей клеточке, в каждом моем вдохе, в каждом биении моего

сердца.

Заал поднялся на ноги. Глядя ему в лицо, я онемела и потеряла дар речи.

Заал наклонился и дал мне именно то, что было необходимо: встретил мои губы

своими. Это было мягкое, нежное и более значимое, чем любое поспешное, страстное

объятие. Оно сказало мне все, что мне нужно было знать. Он тоже принадлежал мне.

Заал отстранился. Я протянула ему руку и спросила:

— Потанцуешь со мной?

Заал затих. Его идеально очерченные брови опустились.

— Но здесь нет музыки, — ответил он хрипло.

Подойдя к дивану, не отпуская руку Заала, я нажала кнопку воспроизведения на

своем телефоне. Устройство подключилось к динамикам дома.

Через несколько секунд потрескивающие звуки старой записи 1940-х годов

доносились из динамиков. Заал быстро вздохнул, его глаза закрылись. Я положила руки

на его широкую грудь, ощущая биение его сердца. От моего прикосновения Заал открыл

глаза, его взгляд сверкал.

Дина Шор начала петь о своей любви, который ушел на войну, и ее обещании, что

она будет ждать его, что она никогда не будет любить кого-то еще, никогда не откажется

от своего сердца. Когда эти слова заполнили комнату, Заал потянулся к моим рукам, положил одну на его плечо и сжал другую своей рукой.

Заал начал вести вперед. Его ноги поначалу двигались медленно и неуверенно, но

когда песня продолжилась, он стал более твердым и уверенным в себе.

Глаза Заала не покидали моих. Сквозь них проходило что-то неописуемое, пока он

двигался со мной по комнате.

Я прижалась щекой к его груди, потерявшись в этом миге простоты и радости, в

редком случае нашей непростой жизни.

— Я помню это, — тихо произнес он, и мои глаза закрылись. — Я помню, что у меня

это хорошо получалось, — продолжил он и засмеялся. — И я помню, что Анри не мог. Он

всегда наступал бабушке на пальцы.

Я слушала каждое его слово, наслаждаясь счастьем в его голосе в этот момент

беззаботной радости. Рука Заала, обнимавшая меня за талию, сжала сильнее, и я

услышала, как стучит его сердце.

Дыхание Заала участилось, и он остановил нас. Открыв глаза, последние ноты песни

подходили к концу, я подняла свой взгляд. Заал смотрел на меня, и выражение его лица

заставило мой желудок подпрыгнуть.

Я молча наблюдала, как он прижимал мою руку к груди. Его длинные ресницы

моргнули. Затем снова. И, слегка приоткрыв губы, он признался:

— Мое сердце полно, Талия. Оно заполнено тобой. — Мое горло сжалось, когда эти

небесные слова вырвались из его души. — Раньше оно было пустым и слабым, теперь…

теперь оно снова бьется.

Заал наклонился. С нежнейшим, самым легким, как перышко, прикосновением его

мягкие губы коснулись моих. И я наслаждалась его вкусом. Я смаковала его руки на своей

спине. Я наслаждалась всем этим. Мне нужно было время, чтобы остановиться. Я хотела, чтобы время замерло, чтобы удержать нас в плену в этот момент, в этот самый момент.

Я не хотела, чтобы это когда-либо закончилось.

Звук динамика шипел в фоновом режиме. Отойдя от Заала, я прижала руку к его

щеке и сказала:

— Я хочу заняться любовью с тобой.

Лоб Заала растерянно нахмурился, но, встав на цыпочки, я поцеловала эти складки и

прошептала:

— Пойдем со мной.

Соединив наши руки, я вывела его из гостиной и повела вверх по лестнице. Когда

мы подошли к моей спальне, не было сказано ни слова. Когда мы вошли в дверь, не было