Дарья - RIP Tilli Koul

снова. Особенно уступать демонам, которых ты держишь внутри. Я не потеряю тебя ради

себя.

Мою грудь защемило при вспышке уязвимости в глазах отца. Я встал и подошел к

нему. Я опустился на колени у его ног.

— Папа, я вернулся. И я не Алик Дуров. Я твой наследник и не подведу тебя. Даю

тебе слово.

В глазах отца появились слезы. Он поднял руку и похлопал меня по щеке.

— Ты — моя жизнь, Лука. Мое наследие, — сказал он, сдерживая эмоции. — Я жил

с пустотой в сердце, когда тебя не было. Я думал, что принятие того, что ты мертв, все эти

годы было самой тяжелой частью потери тебя. — Он пожал плечами. — Оказывается, это

не так. Потому что жить с осознанием того, что я могу потерять тебя снова — все потому, что ты жаждешь быть в бою — боюсь, на этот раз, меня это убьет.

— Папа, я никуда не денусь, — заверил я. — И я никогда тебя не подведу. Клянусь

тебе. Я клянусь нашей фамилией. Я… — я боролся с комком в горле, — я заставлю тебя

гордиться, папа. Просто дай мне шанс.

Отец протянул руку и обнял меня. Прижав поцелуй к моей голове, он прошептал:

— Ты уже заставляешь меня гордиться, Лука. Уже.

Он обнимал меня еще несколько секунд, прежде чем отступить. Поднявшись на

ноги, он поправил галстук и пошел к двери. Прежде чем остановиться, он спросил:

— Как Талия? Она казалась расстроенной, когда мы в последний раз говорили.

Я поднял голову и уловил беспокойство на его лице.

— Она в порядке, — ответил я, избегая любого упоминания о Заале в разговоре.

Он кивнул.

— Хорошо. Ей нужен был этот отдых.

С этими словами он вышел за дверь и покинул мой дом.

Я сидел на полу, прокручивая минувший разговор в голове, пока кто-то за моей

спиной не прочистил горло. Я оглянулся, и Михаил, мой личный бык, стоял позади меня.

— Все готово? — спросил я. — У нас есть местонахождение этого ублюдка?

Михаил кивнул.

— Он прячется в доках.

Я поднялся с пола и прошагал мимо Михаила. Мы сели в машину. Впереди фургон, полный быков.

Спустя двадцать минут мы подъехали к докам и складу, в котором

предположительно прятался Джахуа. Я оглядел темную и обветшалую местность. Место

было пустынным.

Михаил посмотрел на меня в зеркало заднего вида. Я поднял руку, и Михаил отдал

приказ отправить быков. Они вышли из фургона и направились на склад.

Я ждал выстрела.

Я ждал криков, но была только тишина.

Что-то проскочило в наушнике Михаила. Его бледно-голубые глаза встретились с

моими в зеркале. У меня кровь застыла в жилах.

— Что? — спросил я.

— Внутри кое-кто есть.

Через несколько секунд я вышел из машины и направился к складу. Я ворвался в

дверь, но меня встретило огромное пустое пространство.

Мои глаза поднялись к стропилам. Два тела висели на шеях, животы были

выпотрошены, горло перерезано. Я подошел ближе, мои ноги шли прямо по луже крови.

Я посмотрел на мужчин, пытаясь определить, кто они.

— Черт! — Михаил зашипел у меня за спиной.

Я резко повернул голову.

— Что? — спросил я, и мой пульс начал биться у меня в горле.

Михаил побледнел.

— Что? — прогремел я снова. Михаил высоко поднял голову.

— Это были двое моих людей.

Я нахмурился и подошел к нему.

— Зачем Джахуа убивать их? Зачем он раскрыл себя? Чтобы мы увидели два трупа?

Михаил поднялся на ноги.

— Этих двоих сегодня привезли в Бруклин. Они сменяли охрану. У них были семьи, и они отсутствовали в течение нескольких недель. Я решил привезти их домой, чтобы они

патрулировали территорию здесь.

Я покачал головой и открыл рот. Но Михаил заговорил раньше меня.

— Они были в доме в Хэмптонсе. Они патрулировали там. Они были приставлены к

Коставе и к твоей сестре.

Я напрягся. Каждая мышца моего тела наполнилась обжигающей кровью. Я

посмотрел на трупы и мой желудок мгновенно сжался.

Талия.

Заал.

— Кто сообщил о сегодняшнем вечере? Кто дал тебе наводку? — спросил я

Михаила. Он побледнел и посмотрел на одного из придурков, качающихся под крышей.

— Андрей, — ответил он и указал на труп.

Мои руки дрожали от ярости. Это была подстава, гребаная подстава! Выхватив из

куртки нож, я запустил его в самое сердце предателя, свисавшее с потолка. Быки

отступили назад, а я кипел от ярости.

— Дай мне свой телефон! — приказал я Михаилу. Он передал его мне, и я позвонил

в дом в Хэмптонсе. Все, что я получил, это мертвая тишина.

— Связь оборвана, — сказал я. Быки неловко сдвинулись. Дрожа от раскаленного