Такис Вюргер - Клуб

Прежде чем пройти через ворота, я обернулся и сквозь дождь посмотрел наверх. Алекс стояла у окна своего офиса и наблюдала за мной.

永远米利

Будильник: на 7 часов

Спорт: 50 отжиманий, 2 планки по 30 секунд Мастурбация: в душе

Завтрак: лапша быстрого приготовления и цзяоцзы Девиз дня: самая большая уязвимость – это неосведомленность

Цель дня: найти галстук-бабочку клуба Питта; быть лучшим

В витрине магазина Ryder & Amies на улице Кингс Парейд в ногах у манекена в светло-голубом блейзере лежала книга. Она была размером с атлас, 30 сантиметров толщиной. Ryder & Amies был основан в 1864 году как магазин одежды, и с тех пор в нем продавались мантии и шарфы для студентов. Книга в витрине представляла собой собрание галстуков. На каждой странице были приклеены двенадцать образцов шелка, а рядом было написано название соответствующего клуба.

Я стал интересоваться одеждой с тех пор, как посмотрел фильмы о Шерлоке Холмсе. За стойкой стоял мужчина, которому, по моему мнению, было по меньшей мере лет семьдесят, хотя я не очень хорошо мог оценивать возраст белых. Мужчина за стойкой был высоким, с волосами на носу и прядкой на голове, которую он зачесал через всю свою лысину. Его костюм был старым, но сидел на нем хорошо. Ткань на локтях была укреплена специальными заплатками.

– Добрый день! Вы не могли бы подсказать, что за книга лежит у Вас в витрине? – спросил я.

– Ну наконец-то хоть один разумный вопрос, – сказал продавец, достал из витрины книгу и положил ее на стойку из стекла.

В это время года в городе было мало туристов, послеобеденное солнце светило сквозь витрину, магазин был почти пустым. Я увидел частицы пыли на свету, когда продавец открыл книгу. Он полистал ее и погладил шелк. Мы склонились над страницами. Он рассказал мне о питейных клубах и о студентах, которые были особенно буйными, особенно умными или особенно хорошими загребными в восьмерке в академической гребле.

В книге не было особого порядка. Некоторые страницы были перепутанными, пожелтевшими или оторванными. Сердце мое с каждой страницей стучало все сильней в ожидании определенного образца. Пару дней назад я забрался на ель рядом с клубом Питта и наблюдал за теми, кто входил в двери клуба. На всех были одинаковые темные галстуки-бабочки, но я не мог разглядеть, какой на них был рисунок. Но здесь я тут же узнал этот галстук. Серебряные, голубые, черные полоски. Рядом стояла надпись «Клуб Питта». Я провел большим пальцем по шелковой ткани и посмотрел на другие клубы, представленные на этой странице. Слева внизу отсутствовал кусок шелка. Рядом было написано «Бабочки».

– А где этот материал? – спросил я.

Пожилой мужчина сощурился и склонился над страницей. Не поднимая глаз, он сказал, что не знает – некоторые клубы даже старше, чем он сам.

Мне нужно было спешить на лекцию о теории игр и рыночных моделях, очень важную для человека, который хотел стать банкиром-инвестором. Я пожал мужчине руку, слегка поклонился, поблагодарил его и покинул магазин.

Райдер

Я работаю каждый день, даже по воскресеньям – тогда я веду бухгалтерию. Я считаю, что человек, который не работает, не живет. Люди не должны забывать, кто они. Думаю, что причина, по которой Англия не такая, какой она была раньше, заключается в том, что люди забыли, где их место.

Я еще немного посмотрел в книгу с образцами галстуков. Это было около сорока лет назад, но я очень хорошо помню, как молодой человек со светлыми длинными волосами вошел в магазин и хотел посмотреть книгу. Он был дружелюбным, выглядел элегантно, у него была прямая осанка. Он взял образец ткани со страницы и, не спрашивая разрешения, сунул его во внутренний карман своего пиджака. Я помню желтую бабочку, которая была вышита на шелке, и улыбку мужчины, потому что он улыбался, когда положил мне на стол конверт с пачкой двадцатифунтовых купюр и сказал при этом, что клуб в дальнейшем хотел бы отказаться от всякой публичности. Я понял, что передо мной была старая Англия, и одновременно понял, что не хотел знать, что это за клуб и почему образец материала находился в кармане пиджака этого мужчины. Существовали вещи, придуманные для таких мужчин, как я, и этот клуб к ним никак не относился. И поэтому мне, как гордому английскому трудящемуся, необходимо было забыть и про клуб, и про конверт с деньгами, а если бы мне это не удалось, мне пришлось бы просто молчать.

Ханс

Портной из Вены приехал на виллу Фарвэллов в Челси. Это был австриец со светлыми волосами на макушке и в круглых очках. Фарвэлл позволил мне самому принимать решение по костюму, кроме размера карманов. Он сказал, что мужчине нужны большие карманы, так как никогда не знаешь, что найдешь.