Глубина

Гордей вскочил со стула, схватил Агнию за руку и ринулся к выходу.

- Куда же вы, ребята! – изумлённо крикнул им вслед седой начальник. - Сейчас пик сезона, в кассах билетов не достать.

Гордей тянул девушку к выходу из здания, рыча на ходу:

- Какого чёрта?! Ладно, народу каждый день по телевидению рассказывают сказки про отсутствие в стране серьёзной преступности. Но почему я должен теперь выслушивать всякую хрень, когда эти гады меня чуть не утопили?!

Но, оказавшись на улице, они остановились в растерянности.

- Что будем делать дальше? – озадаченно произнёс Гордей, немного поостыв. Агния пожала плечами:

- Ты же слышал, что он сказал: «Вы ошибаетесь, дорогой товарищ. Это в Чикаго такое возможно или на Сицилии, а у нас такого быть не может».

- Да, странно, он будто пропустил мимо ушей все доказательства, которые я ему привёл?! – этого Гордей пока понять не мог. Агния вздохнула:

- По-моему, он и не собирался тебе верить.

До Мазаева, наконец, дошла вся абсурдность ситуации:

- Ну конечно! Это же скандал на всю страну! Полетят головы больших руководителей. Кому здесь это нужно?! Да и кто поверит, что безупречный служака, которому скоро на пенсию, покрывает убийц! Что молодой позитивный молодёжный лидер, которого уже решено направить на учёбу в высшую комсомольскую школу при ЦК ВЛКСМ, сколотил из местного актива банду. Абсурд! Фантастика! Просто быть такого не может - в СССР! Скорее нас отправят к психиатру, чем дело сдвинется с мёртвой точки…

К железнодорожным кассам было не подступиться из-за огромных очередей, как и предупреждал полковник. Настоящее столпотворение! Но как вскоре выяснилось, билеты всё же купить было можно. Внезапно материализовавшийся спекулянт взялся мгновенно решить проблему. Но того, что оставалось в кошельках молодых людей, хватило лишь на один билет до Куйбышева.

- А как же ты? – озабоченно спросила Агния.

Парень улыбнулся ей:

- Обо мне не беспокойся. Похоже, я начинаю резко умнеть. Ты права, всё бесполезно… Ни-иче-его, вернусь к полковнику, покаюсь. С меня не убудет.

Возле вагона Агния сказала:

- Жаль расстаёмся…

- Но ведь не навсегда – заверил её Гордей. - Я буду тебе писать.

- Граждане, скорее прощайтесь, поезд отходит через три минуты – поторопила их проводница. Молодой человек порывисто обнял подругу на прощание. После этого Агния зашла в тамбур, вагон медленно поехал.

- Я знала, что быть влюблённой и любить – разные вещи - торопливо заговорила девушка из-за плеча проводницы. - Влюблённости у меня случались, но это было мимолётное чувство, навроде подхваченного насморка, от которого быстро излечиваешься. – Агния спешила, будто боясь не успеть сказать ему главное, и на время забыла о стеснительности: - Долгое время я пребывала в уверенности, что у меня нет таланта к любви. А тут вдруг поняла, что ошиблась… Не исчезай, пожалуйста!

С вокзала Гордей вернулся обратно к громоздкому зданию в стиле сталинского ампира. Предстояло снова попасть в кабинет полковника, и это было очень непростой задачей, ведь его запросто могли вообще не впустить в здание. Но попробовать всё равно стоило.

Лавируя между припаркованными машинами, парень направлялся к неприметной двери с вывеской «Бюро пропусков». Предстояло позвонить по внутреннему телефону в приёмную заботливого начальника. Да, но как объяснить свой хамский уход и нынешнее возвращение?! Гордей репетировал про себя речь, когда внезапно наткнулся на знакомый «Мерседес» апельсинового цвета. Это было как удар молнией, как выстрел из засады. Парень замер и настороженно завертел головой. Не сразу он сообразил, что своим видом привлекает к себе внимание, словно суслик в степи, после чего - нарочито неторопливо - зашагал к остановке троллейбуса.

Глава 59

День двадцать пятый

В конце концов, все предшествующие события подталкивали Мазаева к тому, чтобы вернулся в точку, откуда всё началось. В пик сезона рабочих рук не хватало, и парня охотно взяли на придорожную автоколонну на шоссе между Алуштой и посёлком «Новый свет». Официально его должность называлась «подсобный рабочий АЗС». Но это на тот случай, если вдруг нагрянет проверка. На деле же вопрос трудоустройства был решён за полчаса, трудовой книжки у новичка не спрашивали, зато вкалывать предстояло как негру на плантации, то есть, по первому слову бежать туда, куда пошлют. Нужно подменить кого-то из пистолетчиков у заправочной колонки – бери в руки шланг и становись; зовут почистить картошку – не смей отказываться. И так крутись день-деньской. К временным подённым работникам отношение было как к бесправным батракам. Для руководства и постоянных работников «колонки» новенький был на уровне приблудной дворняги. И Гордей ничего не делал, чтобы преодолеть равнодушие коллег. Он сторонился общих разговоров и отказывался пить со всеми водку. После нескольких попыток наладить с новичком контакт, его просто перестали замечать. Этого то Мазаев и добивался.