- Вот видите. Меня там не было.
- К сожалению, это не может служить вам абсолютным алиби, ведь вы могли вернуться. Ваша подруга миссис Кологан показала, что обнаружила вас только утром - спящим на скамейке перед своим домом. А вот где вы находились до этого, - каждый ваш шаг строго по минутам, - это ещё следует выяснить и подтвердить надёжными свидетельскими показаниями. Надеюсь, вы поможете нам найти таких людей?
Игорь кивнул, но без полной уверенности в душе. Это не укрылось от зорких глаз полицейского, и он предложил не спешить с ответом, попытаться вспомнить, с кем Исмаилов встречался и разговаривал в злополучный вечер и той ночью.
- И вот еще что, Грегори - можно я буду называть вас так?
- Пожалуйста.
Гуллер отложил в сторону записи, которые вел все время.
- Так вот, Грегори, конечно, это ни в чём тебя не уличает, во всяком случае пока. Тем не менее, впоследствии этот момент может ещё всплыть… Одним словом, нам стало известно, что тебе был рекомендован курс психоанализа.
- Ну и что?! Тысячи людей однажды в своей жизни сталкиваются с теми или иными проблемами и обращаются за помощью к психологу или психоаналитику.
Детектив с грустной ноткой в голосе заметил на это:
- Да, но лишь у одного из тысячи находят дома пару трупов со следами насильственной смерти.
Аргумент действительно выглядел убийственно. Не то, чтобы он сразил Исмаилова наповал, однако на душе сделалось мерзко как тогда в военном госпитале, когда врачи, выслушав его рассказ, признали его невменяемым.
«Скорее всего он уже раскопал жуткую историю с несчастным Руби и теперь пытается решить, не новый ли это вид психической эпидемии, передающийся среди интеллектуалов одного круга, - кисло размышлял Игорь. - Глядит на меня по-доброму, а про себя, наверное, рассуждает так: «У этих чокнутых настроение меняется чаще, чем я передачу в машине переключаю. Сейчас он весь из себя такой цивилизованный, а что на него внезапно нашло в ночь убийства, - это вопрос».
Сыщик предложил ещё кофе и настоятельно посоветовал:
- Я бы на твоём месте, Грегори, всё-таки занялся поисками хорошего адвоката. Это я говорю тебе не как полицейский, ибо появление на твоей стороне опытного крючкотвора-законника лишь осложнит мне работу. Но чисто по человечески мне хочется тебе помочь.
- Хорошо, я подумаю.
- И ещё, я очень прошу тебя: какое-то время воздержись от контактов со своей подругой. Это в первую очередь в твоих же интересах. Тогда у следствия, а впоследствии и у суда не возникнет ненужных подозрений, что между вами имел место сговор. Миссис Кологан я уже попросил об этом, и она согласилась.
Не дожидаясь ответа, детектив Гуллер едва заметно кивнул головой и приветливо слегка дотронулся до его плеча.
- Вот и хорошо. А теперь тебе необходима передышка. Я сам позвоню, если появятся какие-нибудь новости или вопросы. Если надумаешь куда-то уехать, поставь меня в известность по телефону.
Пожимая руку пожилому полицейскому, Игорь отметил, что рука у него ещё крепкая, хотя сама ладонь мягкая и тёплая.
Гуллер доверительно сказал ему зачем-то:
- Твоя подруга очень привлекательная женщина…
Не понимая, куда он клонит, Исмаилов тем не менее согласился, что это так.
- Этот мир всегда был невеселым местом, - задумчиво продолжал полицейский, - лишь женщины делают его немножечко приятней, верно? Да, они обожают бижутерию, модные тряпки и прочую чепуху; периодически взрывают нам мозг и доводят до экземы своим зудением. Порой мы даже начинаем с ностальгией вспоминать холостяцкие времена. Только без хорошей женщины рядом мужику запросто крышняк может снести. Уж не прими это на свой счёт. И я бы на твоём месте в будущем, когда всё выяснится, сделал этой Кологан предложение.
Глава 35
Дома у него всё ещё работала полиция, и Исмаилов временно снял жильё в другой части города. Решение оказалось удачным. Во-первых, здесь его никто не знал и не разглядывал украдкой с опасливым любопытством, да и привлечённые запахом крови газетчики его потеряли.
А, во-вторых, просто полезно было временно сменить обстановку.
Теперь вместо работы каждое утро он отправлялся выгуливать Сократа. Проходя сегодня мимо газетного киоска, Исмаилов обратил внимание на свежий номер журнала «Лайф». С его обложки смотрело искажённое ужасом лицо человека, барахтающегося в волнах на фоне перекушенного пополам пассажирского парохода. Иллюстрация цепляла взгляд. Впрочем, и статья оказалась на уровне. Её автором был профессор калифорнийского Института океанографии Уолтер Хиггинс.
Читать дальше