Марлинка - ������������ �� ������������

зашевелились, заплясали крошечные человечки.

Рональд отпрянул. Но старуха не позволила ему отойти. Завороженный слепым взглядом

мужчина замер на месте. Труди, придвинув руку к его лицу, стала произносить, чуть покачиваясь

из стороны в сторону.

- Способно пламя пожирать, живёт огонь везде. И власть он может даровать.

Но выбирать тебе! Земля, и пламя, и вода, и воздуха полёт... Бушует Перемен судьба - дитя своё

зовёт. Стихии все подвластны мне, могу их усмирить. Откажешь мне - сгоришь в огне. Как с

этим будешь "жить"? Объята пламенем семья - и дети, и жена. И если не поможем мы, умрёт в

золе она.

Маленькие фигурки на ладони скорчились в пламени и превратились в прах.

Рональд вздрогнул. Взгляд взметнулся на старух.

- Кто вы такие?

- Мы наследницы прошлого, так же как и ребёнок, что вскоре появится в этом доме.

- Ведьмы...- выдохнул мужчина, отшатнувшись.- И он?! Не может быть!

- Она!- поправила Труди.

Зимильда взглянула на спутницу. Этой подробности не знала даже она.

- Избавлюсь от младенца...- в сердцах выкрикнул Рональд.

- Э-э-э, нет. Девочка будет жить у вас до проявления у неё способностей, вскармливаться

материнским молоком. Иначе...- когтистая лапа метнулась к его носу, едва не поранив кожу, и

сжалась в клешню.- Берегииись! Пророчества имеют особенность сбываться. Хочешь, чтобы

огонь поглотил тебя и весь мир, что ты создал вокруг себя?.. Эх, Рональд-Рональд, я думала ты

умнее. Подумай и извлеки выгоду. Ты же человек...

Мужчина не совсем понял, к чему клонит выжившая из ума старуха, но волшебное слово

"выгода" заставило задуматься. Единственное, что он смог осознать - если не пустит ведьм, может погибнуть. Весомый аргумент в пользу древней карги и её не менее старой спутницы.

- Ладно, проходите, но чтобы потом ноги вашей больше не было в моём доме. Сделали своё

дело и ушли.

- Нам не нужны ни ты, ни твой дом. Дитя должно родиться на свет и выкормиться молоком

матери. Вот что по-настоящему важно.

Рональд отмахнулся.

- Ай, делайте, что хотите, только убирайтесь поскорее...

Доктор и его помощница, послушно отойдя в сторону, встали у стены. Выборочная память и

сознание вернутся к ним, но чуть позже. Сейчас старухам ни к чему лишние свидетели. Подойдя

к кровати, они склонились над роженицей.

Умаявшаяся за несколько часов мать распростёрлась на кровавых простынях. Влажные волосы

облепили лицо. С губ то и дело срывались стоны.

Зимильда намочила лежащую на столе материю и приложила к ссохшимся губам.

Жизельда приоткрыла глаза.

- Кто вы?- прошептала слабо.- Где доктор? Рональд... Рональд...

Лицо скривилось от боли сопровождающей новую схватку. Женщина закричала.

Труди повернулась к внучке.

- Ребёнок не появится без нашей помощи. Сними у матери боль. Я попробую достать яйцо.

Старуха нащупала ладонью влажную ткань и задрала сорочку. Ладони сомкнулась на верхушке

живота. Непонятные слова, что сочетали шелест, шипение и шёпот потекли из её рта. Речь

оказалась длинной. К тому времени как она оборвалась и Труди убрала руки, на поверхности

живота роженицы осталось лежать огромное полупрозрачное яйцо.

Старшая ведьма обессилено опустилась на пол.

- Займись ребёнком,- наказала она бросившейся к ней внучке.

Та не решилась ослушаться.

- Труди, скорлупа такая странная,- испуганно произнесла Зимильда.- Тонкая!

Она уже давно называла бабушку только по имени. Смешно двум старухам, прожившим не

одну сотню лет, называть друг друга как-то иначе...

- А ты как хотела?! Мать - человек, иначе ей младенца не выносить.

- И что мне делать?- растерянно вопросила внучка.

- Срочно освобождай дитя. Будь девчонка обычным ребёнком, уже бы померла с такой

помощницей,- недовольно пробурчала Труди.

Зимильда не стала обижаться. Ловко разорвав тонкую кожицу, вскрикнула, когда вода

выплеснулась на ноги. Освободив девочку от "скорлупы", взяла малышку на руки. Придвинув к

детскому личику своё лицо, поймала неосмысленный взор. Зашептала жарко:

- Проснётся дар. Я буду ждать. Поверь - мы встретимся опять. Лишь дочь твоя, вошедши в мир, свершит соитие стихий. Минут лета, исчезну я. А память возвратят года.

В это время Жизельда слабо пошевелилась на кровати, чуть приподнялась.

- Оставьте ребёнка. Что вам нужно?- едва слышно прошептала она.

Поднявшись с тяжким вздохом, Труди взяла ладонь сопротивляющейся матери в свою.

- Рианной дочерь нареки. Лелей, корми и береги. Тебе дарованная честь воздастся, коли будешь