Omenus - Майкл Льюис

годовой премии не зависела напрямую от прибыльности, но отражала оценку служащего

комитетом фирмы по оплате труда. Годовая премия устанавливалась субъективно, и наличие

влиятельного приятеля было не менее важно, чем величина полученной прибыли. У отдела

закладных не было ни друзей, ни прибыли. "Я не мог добиться, чтобы моим людям платили, -

сетует Леви. - Их рассматривали как людей второго сорта. Мы были стадом козлищ". Но по-

настоящему угнетала маклеров даже не абсолютная величина оплаты, а относительная - по

сравнению с тем, что получали другие маклеры. "Возникало ощущение, что фирма делает тебе

одолжение, если вообще хоть что - то платит", - рассказывает бывший маклер отдела закладных

Том Кенделл.

"Спросите мужиков, - говорит Раньери. - Они вам подтвердят, что в отделе корпоративных

облигаций люди получали вдвое больше". Считалось, что величина премий никому, кроме

менеджеров, не известна и что маклер не знает, сколько выдали его соседу. Ну конечно.

Большая премия была таким же секретом на торговом этаже, как счет матча в раздевалке после

игры. Достаточно было часа, чтобы каждый знал, сколько выдали другим.

Если бы причиной отдаления отдела закладных от остальной части фирмы были только

деньги, это было бы еще полбеды. Между этими двумя группами существовала и культурная

несовместимость. В конце 1970-х годов Джим Мэсси, изменивший политику найма персонала, решил, что фирме требуется повысить свой образовательный уровень. "Он пришел к выводу, что

нужно очистить торговую площадку от всяких неотесанных провинциалов", - рассказывает Скотт

Бриттенхем, который в 1980 году, до перехода в отдел закладных, занимался подбором кадров у

Мэсси.

Salomon Brothers становилась похожей на все другие уолл-стритовские фирмы. На работу

принимали таких же университетских выпускников, что и в Goldman Sachs или в Morgan Stanley.

Подобно этим и многим другим старым торговым домам, только с большим опозданием, Salomon Brothers становилась частью того, что писатель Стивен Бирмингем называл "наша толпа", хотя

мы еще и не дошли до оплаты расширения музея Метрополитен. Фирмой изначально

руководили евреи. Теперь она перешла в руки БАСПов - белых англосаксов протестантского

вероисповедания, преимущественно бесцветных карьеристов. Эта пластическая операция, переменившая внешность фирмы, совпала с ее продажей в 1981 году компании Phil ips Brothers, которая занималась торговлей биржевыми товарами. Salomon перестала быть товариществом и

стала корпорацией. Бывшие владельцы получили от этой продажи в среднем по 7, 8 миллиона

долларов. Это было, как если бы они все сразу сказали: "Теперь у нас есть деньги, и что

дальше? " Имперский стиль. Высшее общество. На уик-энд в Париж. Вечера в Сент -

Джеймсском дворце.

Отдел закладных обладал намного более богатой и земной культурой, чем отделы

правительственных или корпоративных облигаций. Если остальная часть фирмы постепенно

обретала новый облик и стиль, отдел закладных оставался более или менее самим собой. Из

двух очень разных, но равно азартных этнических групп Раньери сумел спаять единый

коллектив. Почти все маклеры принадлежали к одной из двух этнических групп. Здесь были

итальянцы, создавшие этот отдел. И были евреи с университетским образованием, которые

пришли в отдел сразу по окончании подготовительных курсов. Не уверен, что кто-либо из них

являлся полнокровным представителем своей национальной культуры. Но все они

принадлежали к угнетенным меньшинствам. И они были источником энергии и движения. Все до

единого они принадлежали к заднескамеечникам.

По внешним стандартам отдел закладных был оплотом всяческой дискриминации: несколько черных и азиатов, ни одной женщины. Но на фоне других отделов здесь все было как

в ООН. Групповые фото-снимки компании - это своего рода летопись. В конце 1970-х они

выглядят как плакаты за мир во всем мире: густо перемешаны белые, черные, желтые люди, мужчины и женщины, в мирной гармонии разместившиеся за сияющими столами какой-нибудь

конференции. Но к середине 1980-х все желтое, черное и женское исчезает с фотографий. На

парадных снимках, публикуемых в ежегодных отчетах компании, остаются только белые

мужчины.

Отдел закладных превратился в отдельное белое братство. Существовала молчаливая

договоренность, что Леви сделает все возможное, чтобы маклерам платили, а они в свою