Зяма Исламбеков - Unknown

Сейчас просрется с Серым и всё тебе расскажет. Ха-ха-ха.

- А если не просрется? А? – еле сдерживаясь от смеха спросил

Микола.

- Эй, парни! Тут такая хрень, что без 100 грамм и не разо-

браться! – крикнул с рубки Лерик.

- Иди сюда, только инструкцию с собой захвати! – и Вован

громко засмеялся. Микола ему вторил протяжным басом. Девки на

катере всего разговора не слышали, но дружно засмеялись, услы-

шав мужицкий смех.

- Так, вот что я придумал, - сказал подошедший Монзиков, по-

зади которого с важным видом вышагивал по песку Серый. – Надо

будет катер толкнуть в Европе. Там цены выше. Понимаете мою

мысль, а?

- Это ты когда срал придумал, а? – весело спросил Лерик, вер-

нувшийся с катера, в руках которого были стаканы и непочатая

литровая бутылка водки.

- Так, мужики, давайте жахнем, а то на трезвую голову ничего

не приходит, – сказал Вован и первым взял граненый стакан.

- А где это твой кореш, а? Адвокат! Ну-ка давай его сюда, -

сказал Серый и отдал свой стакан Монзикову. Не сговариваясь, он,

Микола и Лерик поспешили на катер за Кефировым.

Когда троица поднялась наверх и взошла на палубу, то перед

ними решительно встала супруга мирно спавшего Кефирова. Да-

мочка стояла с широко расставленными ногами и руками подпира-

ла свои бока. Картина была столь карикатурна, что братва даже

опешила, а уж потом пацаны хором засмеялись.

420

- Извиняйте, дамочка, нам надо пройтить! – с этими словами

Микола вежливо отодвинул женщину, которая, тем не менее, проб-

кой отлетела к дальним поручням палубы. Женщина истошно,

громко заверещала, однако это ей не помогло.

- Да Вы не волнуйтесь, дамочка, всё будет нормалёк. Я Вам

обещаю, проверено, - попытался успокоить супругу Кефирова Ле-

рик, который уже приноравливался взять мирно сопевшего и ниче-

го не подозревавшего спавшего Кефирова.

- Вот так вот, - сказал Микола и с милой улыбочкой посмот-

рел на даму, готовую в любой момент потерять сознание.

За какие-то доли секунды бугаи подхватили под руки и ноги

Кефирова и аккуратно, но сильно перекинули его через перила на

воду, где глубина была уже метра полтора-два. Кефиров, как и

Монзиков, в одежде плашмя плюхнулся в воду. Бедняга долго не

мог ничего понять. С берега громко смеялись, сверху визжала жена, а Микола, Лерик и Серый давали ошалевшему мужику какие-то

ценные советы по части того, что ему надо делать, чтобы добраться

до берега и не потерять кроссовки, одна из которых слетела с ноги

и теперь плавала позади Кефирова.

- А Вы пойдёте с нами сами или Вам помочь? – деликатно по-

интересовался Микола у супруги Кефирова, после чего она упала

без чувств прямо на живот, сильно ударившись лицом о палубу.

За считанные

секунды образова-

лась здоровенная

лужа крови. Клав-

дия Ивановна ле-

жала в глубоком

обмороке с разби-

тым в кровь лицом.

Картина была пря-

мо скажем не для

слабонервных. На сиявшей ослепительной белизной палубе в са-

мом центре росла и ширилась кровяная лужа. Очки не разбились, но съехали с переносицы на лоб. Надо было что-то делать.

- Ни хрена себе припарка?! Она нам так весь катер уделает.

Его же будет потом не продать?! – Лерик взглянул на своих по-

дельников а затем добавил, - Может, её как и муженька искупаем,

421

а? Заодно она и помоется, а то вон как бедняга испачкалась! А, па-

цаны?

- Правильно говоришь, только давай её подальше от берега

кидать, где поглубже. Баба толстая, может о дно долбануться, -

заботливо произнес Серый. – Во, шматок чувствительный?! Чуть

что и сразу в отключку! Интересно, а как же её муж порет, а? –

сказал Серый и заржал во всю глотку.

- Так, ладно, кончайте ржать! Давайте её за борт. Только акку-

ратнее, чтобы она себе дойки не отбила! – посоветовал Микола.

Женщина плашмя шмякнулась в воду, но при этом сознание к

ней не вернулось. Брызги и волны обмыли окровавленное лицо

супруги Кефирова, которая мирно лежала на спине и слегка пока-

чивалась на воде. Очки с толстенными окулярами были задраны на

Самый лоб. Шиньон несколько отделился от головы и плавал рядом

словно водоросли. Никто, кроме Кефирова, и не знал, что дамочка

не умела плавать. И только бедный супруг, пришедший в себя и

правильно оценивший сложившуюся ситуацию, бросился с берега