Зяма Исламбеков - Unknown

После минутной ржачки воцарилась гробовая тишина. Солнце

нещадно жалило своими африканскими лучами обнаженные тела

питерской братвы. Песок так раскалился, что на нем можно было

готовить пищу. За пятнадцать минут братва спустила на воду

большую пятиметровую надувную лодку, что мирно покоилась на

нижней палубе катера, и затем бугаи стали грузить в неё бесфор-

менные тела пьяных нубийцев. А спустя полчаса лодка с шестью

арабами скрылась из глаз. Жена Кефирова, с ужасом наблюдавшая

за пьяной выходкой питерской братвы, была еле жива. От страха её

ноги, руки и спина покрылись холодным потом, тело трясло мелкой

дрожью.

Братва, вдоволь насмеявшаяся над своей талантливо реализо-

ванной выходкой, решила отметить «отход» нубийцев на «надув-

нушке» залпом из сигнальной ракетницы, которая должна была на-

ходиться где-то на катере. Однако быстрые поиски ракетницы за-

кончились не её обнаружением, а тем, что на нижнюю палубу было

выброшено 6 пистолетов ТТ, два револьвера Вессон и два автомата

Калашникова.

- Ни хрена себе, арабы дают, а?! – только и смог выдавить из

себя вмиг протрезвевший Вован.

- Мужики! А ведь эти пидоры нас заказали! Они, суки пога-

ные, хотели нас грохнуть и выкинуть за борт. Твари черножопые! –

гневно бушевал Серый.

- А интересно, и адвоката эти пидоры черномазые тогда бы за-

валили вместе с нами? А? – начал развивать мысль Лерик.

- И адвоката, и кореша его с соской… Всех бы грохнули и ска-

зали бы, что, мол, так вот и так, бля на х.., мол, так, мол, и так,… -

416

пытался подытожить ранее сказанное Микола. – Что же с этими

тварями нам делать, а? Грохнуть их что-ли?

- Так, значит, мужики, надо нам этих хитрожопых на бабки

опустить! Надо посоветоваться с адвокатом. Он – мужик грамот-

ный и он, как и мы, тоже чуть не откинулся из-за этих пидоров во-

нючих … - заметил Вован, - Давайте, пацаны, несите его сюда, надо

с ним перетереть эту тему.

Недолго думая, братва скинула в воду с верхней палубы спя-

щее тело адвоката, который плашмя плюхнулся спиной в прибреж-

ную воду. Вслед за брызгами раздался протяжный стон, а затем

трёхэтажный мат, которого даже братва, видавшая многое в своей

блатной жизни, не слышала.

-

Слушай, адвокат, ты уж нас извини, пожалуйста, но тебя сей-

час чуть не убили, - виновато, с нескрываемым сожалением

промямлил Лерик.

-

Да я, бля, вижу, бля, как ты, бля, меня, бля, в воду, бля, с от-

туда, бля,… - Монзиков был взбешен так, что кроме прицепивших-

ся «бля» ему ничего в голову и не приходило. – Вы же, бля, уроды, бля, меня, бля, так, бля, что я, бля, мог бы, бля, и, бля… Ну, пиздю-

ки, бля, вы даёте, бля?! Я же бля, мог бля,…

-

Да ладно тебе пизд… понапрасну! Ну, мы же уже извини-

лись перед тобой, а ты включил свой тормоз и гонишь на нас! Мы

за базар всегда ответим, если что, а вот горбатого лепить нам не на-

до, - миролюбиво заметил Вован и попытался по-дружески обнять

Монзикова, который корчился от нестерпимой боли. – Вот лучше

зырь сюда. Видишь, что эти черномазые хотели с тобой сделать, а?

- А откуда у них столько стволов, а? – удивился Монзиков и

сразу же забыл и о своей обиде на братков, и о боли в спине и за-

тылке, и о том, как его беспардонно разбудили.

- Оттуда! – ответил Серый и смачно сплюнул на песок.

- А за что же они хотели меня, а? – недоумевал адвокат.

- Да ладно тебя! Они, суки черномазые, хотели и нас мочка-

нуть! Пидоры вонючие! – медленно, с расстановкой сказал Вован.

- А что вы с ними сделали? Где они? Я что-то не могу дог-

нать? – Монзиков был в смятении.

- А мы с ними ничего не сделали. Мы их отпустили, - сказал

Вован и затрясся от гомерического смеха.

Минут пять, а может и больше, братва и голые девки дружно

смеялись. Даже мадам Кефирова, внимательно следившая сверху за

417

всем происходившим, мило улыбалась, забыв о своих недавних

страхах и опасениях.

- Мы их погрузили в их лодку … - докончить Лерик не мог из-

за разразившегося вновь не-то хохота, не-то неудержимого ржания.

- Мы взяли их лодку и… - Серый тоже не мог закончить фра-

зу. Его, как и всех остальных, одолевал сильнейший приступ смеха.

- Александр Васильевич! – вдруг раздался женский голос с

верхней палубы. Это Кефирова хотела, было, войти в разговор, но и

она вдруг стала смеяться и махать руками в разные стороны, то и

дела хватаясь за трясущийся от смеха живот.