Зяма Исламбеков - Unknown

стойчивым и изобретательным. Его стальная хватка и упорство

вкупе с сексуальным голодом творили чудеса. Аракел держался ру-

ками за прутья решетчатой двери, а Мустафа умело заправлял в

задницу свой обрубок. Можно было бы долго описывать этот кош-

мар, поскольку каждый акт длился не менее 20 минут, но читатель

не должен страдать от белиберды лишь только от того, что писа-

тель смакует сальными подробностями.

-

Балдыбхазбждак, посмотри-ка, один готов! – Саварджабдак

весело подмигнул сослуживцу, который что-то усиленно жевал.

-

Эй, Мустафа! Ты же его уже драл, а? – Балдыбхазбждак оск-

лабился и изо рта высунулся кусок лаваша. Недолго думая, мелкий

турок указательным пальцем правой руки ловко запихнул лепешку

обратно себе в пасть и продолжил яростное жевание на сухую.

366

Мустафа никак не реагировал на шутки полицейских. Он де-

лал свое дело, периодически издавая победные звуки, чем-то отда-

ленно напоминавшие звуки оргазма ишака или верблюда.

Садык всё ещё стонал и корчился от боли, когда к нему на пол

плюхнулся Аракел. Угрюмый Аракел был зол на Мустафу, надру-

гавшемуся над ним, на Садыка, пассивно наблюдавшего за муже-

ложством, на себя любимого, оказавшимся беспомощным перед

педиком-турком. Как отомстить волосатому, похотливому и нагло-

му богатырю? Как сделать так, чтобы жизнь его была испорчена?

Решение было найдено достаточно быстро.

-

Садык, раздевайся по пояс! – скомандовал Аракел.

-

Зачем, будешь меня трахать? – спросил плаксивым голосом

Садык у Аракела, выглядевшего решительным и немного грозным.

-

Долго объяснять, так надо! Понял, а? – Аракел подошел к

нарам и начал готовить место для Садыка. – Давай, ложись сюда.

Буду делать тебе восстанавливающий массаж, а ты должен мне по-

могать – будешь стенать от удовольствия. Понял, а?

-

А зачем это, а? – Садык уже разделся, но стоял в недоуме-

нии.

- Так надо! Понял, а? – только и ответил Аракел.

Мустафа сначала искоса, а затем с нескрываемой заинтересо-

ванностью наблюдал за русскими, которые оба балдели, громко и

заразительно стеная от удовольствия. Аракел делал массаж так, как

видел его неоднократно на Сочинском пляже. Женщины, которых

тискал его приятель - Автандил Шавлович Цуладзе, ходили к нему

на массаж регулярно и с большой охотой.

Через 15 минут пародии на массаж Садык, тело которого ни то

чесалось, ни то горело от растираний, пощипывания и легких уда-

ров Аракела, встал и начал неспеша одеваться.

Мустафа, раздевшись до пояса, подошел к Аракелу и, улыба-

ясь, повел его к нарам, давая понять ему о необходимости повторе-

ния сеанса массажа, но уже для него, т.е. Мустафы. А хитрый Ара-

кел только и ждал этой минуты. Когда Мустафа принял горизон-

тальное положение, и приготовился к массажу, Аракел нанес гро-

миле точный сильный удар в солнечное сплетение. Гигант согнулся

пополам, пытаясь что-то крикнуть, но кроме шипения и яростных

гримас он не мог ничего сделать. Тем временем Аракел наносил

яростные удары по ребрам и коленным чашечкам своего насильни-

ка. Когда после прицельного удара в солнечное сплетение Аракел

367

сломал Мустафе все ребра, обе коленные чашечки и правую руку,

турок понял, что самое страшное еще впереди. И действительно, Аракел сел на грудь Мустафе и сунул ему в рот свой конец.

- Соси, пидор вонючий! Соси, еб… мать! – Аракел жаждал

крови. Месть его была жестока и коварна.

- А можно я ему тоже дам? – спросил Садык, скорее для про-

формы, потому что сразу же он начал снимать брюки и трусы.

- Можно, дорогой, можно! Всё можно! У меня будет сосать и

Мустафа, и эти пидоры-полицейские. Все будут сосать у меня. -

Аракел говорил медленно, уверенно, несколько приглушенно, отче-

го делалось страшно-страшно.

Инвалид Мустафа из гомосексуалиста превратился в обычно-

го минетчика. Когда Садык уже кончал в рот Мустафе, Балдыбхаз-

бждак вдруг заметил, что в камере что-то происходит. Он со своим

напарником ворвался в камеру тогда, когда Садык, радостный от

содеянного, слезал с изувеченного тела Мустафы. Аракел нанес

точный удар в кадык сначала Балдыбхазбждаку, а затем Савард-

жабдаку – более рослому и более сильному турку. Оба удара были

не только точны и прицельны, но и оказали пагубное воздействие

на организмы полицейских. Упав как подкошенные, полицейские