Зяма Исламбеков - Unknown

таким глупым и жадным. Понимаешь мою мысль, а? Догнал? – те-

перь уже Монзиков перешел к активным наступательным действи-

ям.

- А это почему же ещё у меня, бля, не будет денег, а? - удив-

ленно воскликнул Пургенов.

- А потому, что ты не хочешь понять, что, купив для себя ди-

плом кандидата, ты отобьёшь свои бабки за пару-тройку лет. По-

нимаешь мою мысль, а? – и адвокат посмотрел на него снисходи-

тельно, с надеждой, что клиент его ещё может масштабно мыслить.

- Ну, хорошо, допустим, я достану деньги. А как же я их отра-

ботаю? А? – Пургенов начал имитировать мыслительный процесс,

поскольку пауза перед этой тирадой была достаточно продолжи-

тельной для беседы в столь остром жанре.

- Да ты сначала найди деньги, стань кандидатом наук, получи

диплом, обмой его, а уж потом начинай отбивать все свои затраты.

Догнал? – Монзиков ехидно ухмыльнулся. - А когда нет денег, то

нет и работы. Нет работы – нет, соответственно, и результата! По-

нимаешь мою мысль, а?

- Хм, заманчиво, конечно, только я бы хотел знать, всё ж таки,

а когда я стану кандидатом? – и Пургенов опять скорчил такую

обезьянью гримасу, что Монзикову стало немного жутковато.

- А что тут непонятного-то? Деньги - в кассу, культурку – в

массы! Утром, как говорится, деньги, вечером, значит, стулья!

249

Классика! – Монзиков уже начинал прикидывать, кому из продаж-

ных ученых можно будет спихнуть его клиента.

- А Вы мне не могли бы одолжить пять тысяч долларов, а то у

меня есть только пять? Ведь, всёж-таки мы с Вами теперь будем

вместе работать, да? – Пургенов с легкой улыбкой, склонив, как

обычно, свою голову направо, ссутулившись, смотрел прямо в глаза

адвоката.

Но и адвокат был, как говорится, парень не промах. Ответ его

был лаконичен и прост, как Ленинская мысль.

- Ты, это, значит, не умничай! Сейчас мы с тобой заключим

договор на оказание тебе юридических услуг?! – но Монзиков не

успел закончить фразу, т.к. Пургенов, оживившись, вдруг прервал

его и резко активизировал их беседу.

- А зачем мне консультация, если я сам – юрист?

- А затем, что так надо! Догнал, а? – и Монзиков решил про-

должить беседу стоя.

- А всё-таки, ведь я же сам могу давать платные консульта-

ции? – не унимался Пургенов.

- Ну, если ты такой умный, то почему ты такой глупый? –

спросил Мозиков у настырного собеседника.

- Нет, ну действительно, а… - не унимался всё Пургенов.

- Козлина ты нерусская, что же тебе ещё сказать, чтобы ты за-

ткнул свой фонтан, бля, и, наконец, просёк фишку, а? Ведь я же те-

бе, придурку, в сотый раз объясняю, что за десятку я тебя сделаю

кандидатом! Понимаешь мою мысль, а? – Монзиков подошел к

Пургенову так близко, что тот даже испугался. – Ты платишь мне

две тонны баксов, две тысячи рваных – в кассу и я тебя вывожу на

профессора, который за бабки делает тебя учёным. Догнал, а? И те-

бе это обойдется всего-то в десяточку, не считая всякой разной

ерунды, о которой тебе поведает твой профессор. Понимаешь мою

мысль, а?

Пургенов был изумлен подобной перспективой решения сво-

его вопроса. В нем боролись одновременно три чувства:

- первое – патологическая жадность;

- второе – страстное, необузданное желание любой ценой

стать кандидатом, и

- третье – расчет.

250

Пургенов прекрасно понимал, что тянуть с решением вопроса

больше нельзя, но и отдавать свои кровно нажитые деньги вот так

вот запросто он тоже не хотел.

Попререкавшись еще минут 25-30, они, к удовольствию Мон-

зикова, пришли к тому, что Пургенов облегчил свой карман на 2000

долларов и 2000 рублей.

Каково же было удивление Пургенова, когда адвокат ему дал

координаты его заведующего кафедрой.

Это был удар ниже пояса. В голове Пургенова пронеслись од-

на за другой мысли, усиливавшие полученное нервное потрясение.

Ведь совсем недавно сам заведующий предлагал ему свои услуги за

6000 долларов. А он, выходит, сам, своими руками взял и подарил

этому адвокату свои кровно нажитые две тысячи долларов, да еще

кучу рублей. О - ужас! Теперь было очевидно, что вернуть все

деньги ему не удастся! Было настолько обидно, что Пургенов даже

побелел.

- Ну, ладно, ладно, не переживай так! Всё нормально будет! Я

этого профессора знаю не первый год. У него, таких клиентов как

ты, было столько, что тебе и не снилось даже. Понимаешь мою

мысль, а? – Монзиков заканчивал написание записки своему при-