Array D - Жизнь пророка Музаммада

тебя, не приходилось ли вам обвинять его во лжи, прежде чем он стал

говорить то, что говорит, а ты ответил, что нет, и мне стало ясно, что

если он не клеветал на людей, то не станет возводить ложь и на

Аллаха. Ещё я спросил тебя, знатные люди последовали за ним или

простые, и ты сказал, что простые, но именно они и становятся

последователями посланников. Ещё я спросил тебя, увеличивается их

число или уменьшается, и ты сказал, что увеличивается, но именно

таким и должно быть положение веры, пока оно не достигнет совер-

121 Ираклия интересует, объявлял ли себя пророком кто-нибудь из курейшитов раньше.

122 То есть до того как он объявил себя пророком.

123 Абу Суфьян указывает, что больше он ничего не мог сказать против Пророка

.

шенства. Ещё я спросил тебя, отступается ли от его религии кто-нибудь

из принявших её из-за недовольства ею, и ты ответил, что нет, но [так и

бывает], когда [истинная] вера проникает в сердца. Ещё я спросил

тебя, не свойственно ли ему вероломство, и ты ответил, что нет, но и

[другие] посланники никогда не поступали вероломно. Ещё я спросил

тебя, что он велит вам делать, и ты ответил, что он велит вам

поклоняться Аллаху и не поклоняться никому больше наряду с Ним, запрещает вам поклоняться идолам и велит вам молиться, говорить

правду и быть добродетельными, и если ты говоришь правду, это

значит, что он непременно овладеет тем, что ныне принадлежит мне. Я

знал, что он должен появиться, но не предполагал, что он окажется

одним из вас. Если бы я был уверен, что сумею добраться до него124, то

обязательно постарался бы встретиться с ним, а если бы встретился, то

непременно омыл бы ему ноги!» 125

А потом Ираклий велел подать ему послание Пророка

и ему

прочитали его, после чего среди его приближённых поднялся большой

шум. Абу Суфьяна вместе с другими курейшитами вывели оттуда, и он

оказал своим товарищам: «Ибн Абу Кабша стал важным человеком, ибо, поистине, боится его даже владыка Рума!» И отныне Абу Суфьян

постоянно боялся, что Посланник Аллаха победит, пока Аллах не

привёл его к исламу.

После этого Ираклий пожаловал Дихье бин Халифе аль-Кальби

деньги и почётную одежду, а сам вернулся в Хомс. Там он пригласил в

цитадель знатных людей Рума, приказал запереть за ними ворота и

сказал им: «О византийцы! Если вы хотите преуспеть и встать на путь

истинный и желаете, чтобы ваше царство устояло, присягните этому

пророку!» 126 Услышав эти слова, они бросились к воротам, подобно

диким ослам, но обнаружили, что ворота заперты. Поняв, что им

ненавистны его слова127, и потеряв надежду на то, что они уверуют, Ираклий велел: «Приведите их ко мне!» — а когда те вернулись, он

сказал: «Поистине, я говорил это только для того, чтобы проверить, насколько вы привержены вашей религии, и теперь я убедился в этом!»

Тогда они склонились перед Ираклием до земли, ибо остались

довольны им.

Из всего этого следует, что император Византии не только знал о

Пророке

, но и признавал истинность его пророческой миссии.

Однако он слишком любил власть и поэтому не принял ислам. Это

привело к тому, что он, как и сказал об этом Посланник Аллаха , 124 Ираклий опасался, что его окружение может помешать ему сделать это.

125 То есть омыл бы ему ноги в знак уважения.

126 То есть примите ислам.

127 Имеется в виду его предложение принять ислам и отказаться от своей религии.

понёс на себе бремя не только собственных грехов, но и бремя грехов

своих подданных.

Что же касается Дихьи бин Халифы, то на обратном пути в Медину

его дочиста ограбили люди из племени бану джузам, и поэтому он не

привёз с собой ничего из полученных им даров. Когда Дихья вернулся

в Медину, он сообщил об этом Посланнику Аллаха , и к джузамитам

был направлен отряд из 500 воинов под командованием Зейда бин