Дима - o f2ea2a4db566d77d

Вяртсиля надеялась замять происшествия в Пиенисуо, а тут их собственный сотрудник на

виду у всех застрелился – подготовка к приезду важных гостей из Москвы заметно

испорчена. Зато теперь вяртсильские засуетились, и тем же днём Якову наконец предстояло

сопровождать следственную группу в Пиенисуо. Давно они его не навещали»

Раздался стук в дверь. Яша не успел ответить, как дверь открылась, и в кабинет сунулся

незнакомый ему мужчина.

-

Можно? – спросил вошедший. Это был Борис.

-

Ну кто же вас остановит. Чем могу служить?

Только мужчина открыл рот, чтобы пожаловаться, как раздался телефонный звонок, и Яша,

извинившись, ответил. Из Вяртсиля запрашивали информацию об угнанном утром

автомобиле. Участковый отчитался, упомянул и о найденной перчатке, размахивая главной

уликой перед носом у посетителя. Когда положил трубку, снова поинтересовался, с чем к

нему пожаловали.

- Мне бы посоветоваться. Сейчас… - начал Борис и вдруг вспомнил, - А, кстати, вот, я у

вас под дверью записку какую-то нашёл, это ваше?

Борис протянул Яше тетрадные листки, неаккуратно сложенные вчетверо. Тот развернул

бумагу, начал читать и сразу помрачнел.

- Проблемы? – спросил мужчина.

- Похоже, да, - Яша взглянул на второй листок и передал записку незнакомцу. – Есть тут

один мальчик, влюбился в мою знакомую, а тут ещё его бабушка в реанимацию угодила.

Психанул малой. Как думаете, он серьёзно?

149

Борис прочитал текст, выведенный детской рукой, коряво, но с завитушками: «Всё

потеряло смысл. Слова потеряли смысл, я их писал, писал, писал. Чем больше писал, тем

меньше смысла. У меня ничего не получается. Я брошусь в озеро, на скалы. В час дня».

Второй листок сплошь исписан только словами «Я тебя люблю». Первые строчки выглядели

аккуратно, но затем почерк стал дёрганным, слова начали сливаться, полезли помарки.

Листок на ощупь был шероховатым – от сильного нажима шариковой ручкой, а

многочисленные строчки на нём напоминали рыбью чешую.

- В самом деле, - подтвердил Борис. – Если так часто повторять, даже забываешь, о чём

эти слова. Вычурно написано, подросток, что ли?

- Нервный срыв? Розыгрыш? Думаете, он взаправду бросится? – нервничал Яша. –

Этого мне ещё не хватало!

- Откуда мне знать? – Борис равнодушно пожал плечами, но затем взглянул на часы. – А

вообще полчаса осталось…

Яков вскочил с места и схватил свой пиджак. Посетителю он бросил:

-

Вы либо завтра приходите, либо по дороге расскажете, что у вас. Как?

-

А далеко до этого озера?

-

Минут десять пешком.

-

Хорошо, я с вами.

Поговорить, однако, им так и не удалось.

На пороге они столкнулись с молодой парой, знакомыми участкового – высокой девушкой

и интеллигентного вида молодым человеком. Милиционер быстро объяснил им суть дела, и

вот уже к озеру они рванули вчетвером. Никто не обязывал Бориса следовать за этими

незнакомыми людьми, но «его тянет за ними, словно магнитом, безотчётно, на волне

общности и нервозности, он даже боится отстать». Яков знал короткий путь через лес. Он

сообщил всем, что самая высокая точка берега находится как раз рядом – местная

достопримечательность, излюбленная как туристами, так и самоубийцами. Под утёсом в

самом деле множество острых скал, так что он точно мог определить, где искать мальчика.

И, действительно, на крутом берегу они вскоре заметили маленькую фигурку. Сергей тоже

увидел стремительно приближавшихся к нему взрослых, очевидно, запаниковал и вдруг

белкой вскарабкался на дерево, росшее у самой крайней черты. На долю секунды четвёрка

окаменела, но Яша решительно двинулся вперёд, правда, уже осторожнее, медленнее, и все

последовали за ним. По злой иронии, именно к тому же дереву была прикреплена табличка с

текстом на русском и финском языках, призывавшим сохранять осторожность на обрыве.

- Не подходите! - крикнул мальчик. Он стоял во весь рост на крепкой ветке, держась

одной рукой за ствол. В голосе слышались нотки испуга и надвигающейся истерики.

- Хорошо-хорошо, - ответил Яша, делая успокоительно-заверительные движения

руками. – Серый, ты только не глупи.

Вика, Илья и Борис молча стояли у него за спиной и все впились взглядами в ребёнка.

- Я уже решил! - взвизгнул мальчик ломающимся голосом.

-

Серый, я понимаю, у тебя непростые дни, - настаивал Яша. – Но всё нормализуется, и

твоей бабушке станет лучше, и…