kostik - Любитель историй

собственного страха.

- Рик?!

Откинув все сомнения, Оливер мгновенно достиг кабинета

мистера Лиджебая и отворил дверь.

Его друг сидел за столом, в отцовских очках, сгорбившись,

словно замученный болезнями старик. Покусывая перо, он

внимательно изучал книгу в кожаной обложке с красной

тесьмой и бормотал себе что-то под нос. А еще Оливер

заметил, что идеально белый лист был исписан ровным,

убористым почерком.

В нос ударил тошнотворный запах толи пороха, толи

серы.

- Рик, - осторожно позвал Оливер.

Подняв руку, приятель выставил указательный палец,

сделав знак, мол, он занят и просит не нарушать тишину.

- Я волновался. Куда ты пропал? – растерянно прошептал

Оливер.

Перо еще несколько раз коснулось бумаги, поставив в

конце предложения изящный вензель и чиркнув о край

листа, отправилось в чернильницу.

Туманный взгляд Рика внимательно изучил друга: из-под

изящных окуляров очков принадлежащих покойному

мистеру Лиджебаю на того взирали бесцветные чужие

глаза. Вначале Оливер не предал этому значения, но в

следующую секунду испугался. Его догадка была слишком

очевидной, чтобы быть ошибкой разыгравшегося

воображения. Друг не был похож сам на себя. Вроде бы те

же темные волосы, карие глаза, прямой нос, тонкие губы. И

все же что-то чужое, неуловимое угадывалось в этом до

боли знакомом лице. Присмотревшись внимательнее,

Оливер растерянно наморщил лоб, не зная как ему

реагировать. В один короткий миг Рик стал точной копией

своего покойного родителя. В уголках глаз возникли птичьи

лапки глубоких морщин,

взгляд стал более

проницательным и одновременно отрешенным. А еще эти

движения…

Рик, словно зеркальное отражение мистера Лиджебая,

закусив душку очков и погрузившись в мысли, задумчиво

изучал термитные дыры на стене.

Единожды увидев Джейсона-старшего за работой, Оливер

мог поклясться, что сейчас за столом сидит именно старый

учитель, а не его юный друг.

- Что с тобой?

Плавным движением, отложив книгу в сторону, юноша

соизволил ответить:

- Рад тебя видеть, дружище. Извини, что не сразу откли-и-

и-икнулся. Слегка витал в облаках.

«Витал в облаках?! Да посмотри - на кого ты похож! На

тебе же лица нет!» – хотел возмутиться Оливер, завопив во

все горло, но вовремя сдержался.

Вторая мысль была более осознанной. Рик в точности

повторял отцовскую интонацию, намеренно растягивая

слова. Но Оливер, до поры до времени решил не озвучивать

свои умозаключения.

- Я думал, вы сбежали. Где Клер?

- В надежном ме-е-есте, - коротко ответил Рик, еще больше

скопировав манеру мистера Лиджебая.

- Возможно это правильное решение, - согласился

приятель. – Но у меня для тебя не совсем приятные новости.

Похоже, что твой Скиталец предал нас в обмен на

собственную шкуру.

Отложив очки в сторону, собеседник с интересом

уставился на друга.

Собравшись с мыслями, Оливер рассказал все без утайки,

во всех красках расписав слежку и побег от соглядатая -

тощего капера с огромными оспинами на щеках. В самом

конце, он изобразил слепого Квинта и, облегченно

выдохнув на последнем слове, стал ожидать дружеского

вердикта.

К концу повествования Рик окончательно переменился в

лице, снова стал прежним: лоб разгладился, избавившись от

морщин, глаза приобрели привычный оттенок, кожа

порозовела. А отвратительный запах толи пороха, толи серы

улетучился без следа.

- Бывший юнга оставил мне послание, - немного

поразмыслив, Рик протянул другу бумагу.

Оливер на взгляд оценил достаточный размер и

идеальность листа. Даже в их портовом городке, где

заезжие торговцы с легкостью расставались с залежалым

товаром, бумага имела баснословную цену и покупалась

только за полноценные золотые суоны.

В самом центре было написано: « Буду ждать тебя

завтра в восемь у «Адмирала Тревли». И чуть ниже:

« Опасайся посторонних глаз».

- Это он о каперах? – удивился Оливер.

- Вероятнее всего.

Затем Рик продемонстрировал перебинтованную руку.

Повязка – еще вчера скрывавшая все запястье, теперь стала

гораздо уже.

- Как ты?

- Спасибо, уже лучше, - буднично отмахнулся Рик.

- Хочешь сказать: черная метка уменьшилась? – поразился

друг.

- Видимо каперы решили просто подшутить надо мной, не

более того.

Повязка небрежно соскользнула с руки, открыв едва