kostik - Любитель историй

дав своим отпрыскам вполне достойное образование, он не

передал им по наследству лишь один крохотный ключик

собственной души – безумную любовь к книгам. Именно по

этой причине его отпрыски заглядывали в библиотеку

скорее от скуки, чем из любознательности.

Отложив в сторону толстый фолиант с броским

названием: «Секреты и загадки корабельного дела»,

Джейсон-младший нехотя спрыгнул со стремянки и

направился к двери. В такие минуты ему ужасно не хватало

прислуги. И он в тысячный раз дал себе зарок, когда

разбогатеет, первым делом обязательно наймет

расторопную служанку или смышленого дворецкого.

Однако пока до несметных сокровищ было далековато,

Рику приходилось встречать гостей самому.

Колокольчик откликнулся еще пару раз и затих.

Молодой человек, которому было чуть больше

четырнадцати, на секунду замешкался, решая, отозваться на

просьбу гостя или остаться в неведенье, отсрочив

неугодный визит. Но излишнее любопытство сделало

выбор за него. Нажав на ручку, он потянул ее на себя,

впуская внутрь приятную весеннюю свежесть.

На пороге стоял высокий одутловатый мужчина в

потрепанной морской куртке, свободных парусиновых

штанах и давно потерявшей былой цвет треуголке. Смакуя

вкус табачного аромата, незнакомец выдохнул в лицо

юноше струйку сизого дыма и довольный собой улыбнулся.

Бородатое лицо расплылось в стороны, напомнив Рику

старую швабру.

- Мистер Лиджебай Джейсон? – оглядев юношу с ног до

головы, уточнил гость.

Услышав имя отца, Рик слегка смутился, но не стал

вдаваться в излишние расспросы.

- Простите мистер, но вы ошиблись. Ли Джейсон был моим

родителем. И он почитайте как второй год на небесах…

- Вот и замечательно, - нисколько не огорчившись,

откликнулся незнакомец. – Передавайте ему мой

пламенный привет, когда будите ставить свечу за упокой...

Просьба показалась Рику по меньшей мере

кощунственной, но он в очередной раз оставил эмоции при

себе.

Не дождавшись приглашения, бесцеремонный гость

отстранил хозяина дома в сторону и важно прошествовал

внутрь. По дороге в гостиную, стряхнув с себя дорожную

пыль, он несколько раз смачно чихнул, после чего

плюхнулся в любимое кресло покойного мистера Джейсона

и расслаблено потянулся. Хруст старых костей разнесся по

залу, напомнив треск костра, в который подкинули еловые

ветки.

В голове Рика незамедлительно родился образ дворецкого-

великана способного, с легкостью циркового силача,

выставить невежу за порог. Но, к сожалению, выдуманный

юношей помощник, не мог справиться с реальной

проблемой, ворвавшейся в его дом ужасным ураганом.

Тем временем нерадивый гость принялся до отказа

набивать трубку табаком причмокивая и сопя как медведь.

Через секунду он вновь закурил.

Рик наблюдал за здоровяком, не решаясь сделать ни

единого замечания, которые продолжали бесполезно

копиться в его голове.

Мистер Лиджебай ненавидел табачный дым и никогда не

позволял вредной привычке распространиться по дому –

даже близкие друзья не являлись для него исключением.

Юноша помнил это правило, но робость перед незнакомцем

сковала его невидимыми цепями заставив промолчать и на

этот раз.

- И так юный Джейсон, расскажите: как вам живется в

здешнем муравейнике? – нарушив витающее вокруг

напряжение, поинтересовался гость.

Растерявшись, Рик открыл рот, но так и не успел

возмутиться. Меж тем незнакомец продолжил задавать

вопросы:

- Наверное, ужасно тяжело после смерти вашего

никудышного папашки? Одни долги чего стоят! Я слышал,

их накопилось предостаточно. Не боитесь потерять крышу

над головой?

Последние слова окончательно разозлили юношу.

Спокойный до этой минуты Джейсон-младший ощетинился,

будто дикий зверь и, зарычав, едва не накинулся на

здоровяка. Далее он выпалил тираду, которая в любое

другое время никогда не сорвалась бы с его уст. Но грань

терпения давно осталась позади, скрывшись за горизонтом

сомнений.

- Да как вы смеете, мистер! Врываетесь в дом без

приглашения… Говорите гадости о покойном… Пугаете нас

безденежьем, при этом даже не удосужившись назвать свое

имя! Невежа! Вот вы кто мистер. Невежа и есть!

Раньше юноша никогда не позволил бы себе повысить

голос, тем более в присутствии постороннего. Однако