kostik - Любитель историй

трость с навершием в виде орла. Но помимо этого, здесь

были и другие «сокровища»: потертая треуголка, кусок

трехцветного красно-зеленого флага и удивительный,

казавшийся сделанный из золота секстант. И не было в этих

предметах ничего схожего: разве что толстый слой пыли.

Одинаковый для всех.

Выставив вещи в ряд, Рик отошел к столу и, указав на

дырявые башмаки, рявкнул:

- А ну отвечайте: что вы здесь делаете?

В этот самый момент дверь без предупреждения

распахнулась, и в проеме возник невысокий юноша в

зеленоватом, с золотым отливом камзоле.

Отшатнувшись, Рик схватился за очки и испуганно скинул

их вниз – мир вновь приобрел четкие очертания. Перед ним,

уперев в руки в бока, стоял его приятель - Оливер Свифт. И

его лицо явно выражало крайнее неудовольствие.

- Не очень-то смешно, - пробурчал гость.

- Ты о чем? – не понял Рик Джейсон.

- Если я ношу очки, это еще не значит, что меня можно и

нужно дразнить.

- Да я… это не мое…ты не так...

Свифт отмахнулся:

- Ладно, забыли. Чем занимаешься?

Но Рик не успел ответить. Друг сам заметил выстроенные

в ряд предметы.

- Ты что побывал в лавке старьевщика? – незамедлительно

предположил Оливер, поправив съехавшие на кончик носа

большие круглые очки.

- Не я. Отец, – коротко буркнул юноша.

Недоуменный взгляд друга стал поводом, что бы без

утайки рассказать ему все, что приключилось с Риком за

последнюю пару дней. Да и чего таится, если еще вчера, он

сам направлялся к приятелю за дельным советом. Потому

как только Оливер сможет дать его и не разболтать

доверительный разговор первому встречному.

Дождавшись пока друг закончит говорить, Оливер,

засунув руки в карманы, деловито прошелся по комнате,

затем почесал подбородок, потрепал волосы на затылке и

перешел к следующему этапу: внимательному изучению

вещей мистера Лиджебая.

- Говоришь, здоровяк своим видом напоминал моряка? –

промежду прочим уточнил Свифт.

- Более чем, - согласился Рик. – Кафтан на нем такой

старый, но отменный, как у настоящего путешественника,

да и трубка со шляпой солидные, такие я только у

капитанов сомербенских галеонов и трехмачтовых когг

видел.

- Трубка, жилет, бриджи, широкополая шляпа, - задумчиво

подытожил Оливер, крутя в руке потрепанную треуголку.

- Что скажешь? – сгорая от нетерпения услышать мнение

друга, поинтересовался Рик.

Но тот лишь пробубнил в ответ что-то неразборчивое и

после недолгой паузы задал еще один вопрос:

- Ты упомянул, что мистер Лиджебай похвалил тебя, когда

ты принес башмаки, трость и пилу от старьевщика, все

верно?

- Да.

Удовлетворившись ответом, Оливер отложил в сторону

старые вещи и, повернувшись, победоносно воскликнул:

- Сходится!

- Что сходится? - не понял Рик.

- Все сходится, - уже менее радостно повторил Оливер. –

Твой отец был капером!

- Кем?! – младший-Джейсон зашелся в приступе

истерического смеха.

Нахмурившись, приятель подождал, пока Рик успокоится

и, нахмурив лоб, выказал свое недовольство:

- Зря радуешься. Мои догадки неоспоримы. И вместо того,

чтобы лыбиться во все зубы, послушал бы с чего я пришел к

такому выводу.

Рик уже давно привык к тому, что у друга начисто

отсутствует чувство юмора и тот слишком серьезно

относится к окружающему миру. Если разговор - то

обязательно серьезный, а если факты - то лишь

проверенные и подтвержденные ученым советом

герцогства. Порой казалось, что для Оливера и вовсе не

существует загадок и тайн. Он с легкостью мог объяснить

даже расположение небесных планид и пугающие истории

про безголового стража, появляющегося возле деревушки

Тринс, в полнолуние.

- Хорошо, говори.

Но приятель не спешил отвечать, видимо ожидая

извинений.

- Ну, ладно, прости меня. Я был не прав, - всплеснув

руками, признался Рик.

- И поделом тебе, потому как ты создаешь проблемы на

ровном месте, совершенно не озаботившись отыскать для

них вполне логичные и закономерные ответы.

- Не тяни! – взмолился юноша.

- Так вот, - деловито начал Оливер, – начнем хотя бы с

того, что сказал твой невежливый гость …

- Мистер Невежа, - напомнил Рик.

- Вот именно, мистер Невежа. И так, во-первых: он

упомянул о давних приключениях, в которых ему пришлось

бывать с твоим отцом. Лет эдак двадцать-тридцать назад.

Во-вторых: когда ты принес старые вещи от старьевщика,