kostik - Любитель историй

самому ветру, внезапно стали обретать вполне явные

очертания. Каперы вырастали как из-под земли, стремясь

поскорее ухватить непокорного пленника за ноги. Их

каменные лица не выражали никаких эмоций, а

наполненные синильной чернотой глаза, казались жирными

кляксами на книжном листе.

Черновик, написанный Сквидли впопыхах, и как ему

казалось - набело, не прижился в истории, где появился

другой герой. У Призрака не осталось сил подпитывать

собственное сердце. Несокрушимый господин обратился

заложником устоев, созданных жалким человечишкой

произнесшим свое желание возле песчанного водопада.

Забвенье. Пустота. Время, лишенное движения. Именно это

ждет его впереди - если он не сможет уговорить потомка

Лиджебая продолжить писать книгу. И если этого не

произойдет, как и в тот раз, когда «Бродяга» раскололся в

щепки, Сквидли превратится в утренний туман и затеряется

в скалах вечного забвения.

Пустой, наполненный безразличия взгляд коснулся Рика.

Удивительно, но даже окруженный духами смерти, юноша

все еще пытался сопротивляться.

Призрак испугался. Странное чувство, которое он никогда

не испытывал, внезапно заставило его усомниться в

собственных силах. Нет, на этот раз он не будет так глуп –

решил Сквидли. Уж теперь- то он не упустит свой шанс и

заставит мальчишку плясать под свою дудку. Столько,

сколько ему будет нужно!

Вдруг, возле левого плеча, что-то кольнуло. Боль.

Кошмарная ноющая боль. Призрак не сразу обратил на нее

внимание. Последние дни, когда ему пришлось потратить

слишком много сил, он испытывал ее с постоянной

периодичностью. Но если до этой минуты, она была легкой,

менее проникновенной, то сейчас, Сквидли чуть не взвыл,

едва удержавшись на ногах.

Бессилие как резкий клинок возмездия, пронзило его

насквозь, и стало медленно наматывать, словно на вертел,

остаток его сил.

Он готов был растоптать каждого, кто встанет у него на

пути. Только получив колкий удар, Призрак окончательно и

бесповоротно проиграл.

Но как?!

Взгляд Сквидли испугано заметался по каюте, наконец

остановившись на юнге. Тот, покачиваясь, стоял на ногах и,

держа перед собой книгу, царапал на ее страницах ржавым,

тупым гвоздем какие-то буквы.

Всего пару шагов. Почти на расстоянии вытянутой руки

Призрак замер. Он хотел помешать, схватить юнгу за

хрупкую шею или, на худой конец, просто отдать приказ

каперам. Но, увы, язык уже не слушался его. Ноги, руки

попали в плен рождаемых книгой слов.

Используя собственную кровь вместо чернил, Скиталец

продолжал писать новую историю своей жизни, где не было

ни Скивдли, ни подобных ему. Там существовал

единственный победитель – человек без рода и племени.

Человек, который умудрился трижды противостоять

собственной судьбе.

Яркий свет ворвался внутрь, нещадно расправившись с

тонкими стенами каюты. Лучи, словно золотые нити,

прожгли старую мебель, нанизав на себя призрачные тела

пиратов.

Тело Сквидли причудливо изогнулось, слегка

приподнявшись над землей. Вслед за светом, пришла тьма.

Вихрь закружил поток тел, ставших подобием осенних

листьев, сорванных с дерева промозглым ветром. Крики,

стоны, проклятья, уже не были слышны, скрывшись в

оглушаемом завывании мощной стихии.

Последнее, что запомнил Рик, это горящего Призрака. Он

пытался зацепиться, хоть бы на миг задержаться в мире,

который выгонял его прочь…

…Стареющие деревья, повинуясь потокам ветра, создали

иллюзию вздыбившихся волн. Изумрудный океан

шелохнулся и замер в предвкушении новых порывов

ледяного бриза. Рик посмотрел на обветренное, покрытое

кровавыми ссадинами лицо Скитальца. Заметив его взгляд,

бывший юнга улыбнулся.

- Как тебе удалось справиться с книгой?

- Секрет, - ответил Скиталец.

- Еще один? – устало вздохнул Рик.

- На этот раз последний, - уверил его Сейл. – Понимаешь,

твой отец не единственный, кто произнес в тот день

сокровенное желание. Я хорошо научился читать по губам и

повторил все слово в слово. Правда, в душе мечтал совсем о

другом…

- О чем же?

- Какая теперь разница, - отмахнулся Скиталец. – Теперь

моя судьба заключена здесь, - он кивнул на потрепанную

книгу в кожаной обложке с красной тесьмой.

- Придумывать новые миры…

- Миры, где не будет существовать таких как мистер