kostik - Любитель историй

с чьими-то криками и взрывным ревом возмущений.

Рик продолжал пребывать в тумане. Он не боялся, что

узреет в толпе хищный взгляд мистера Сквидли. Страх

теперь был чужд и непривычен. Его куда-то вели, что-то

спрашивали, но Рик лишь кивал, не осознавая на какие

вопросы отвечает.

Ближе к утру, первая часть мучений закончилась, и после

сытного обеда наступил короткий наполненный видениями

сон. Сначала к нему приходил отец, следующим

посетителем стала Клер. Они вместе шутили, делились

воспоминаниями, и не было в этом разговоре: ни правил, ни

ограничений, ни запретов.

Из сна Рика вырвал очередной кошмар, который не

оставил после себя ни одного следа. К полудню, у него

состоялась встреча с миссис Дуфни. Она что-то долго

рассказывала о коварной судьбе, сетовала на жуткий нрав

нынешнего времени, пыталась отвлечь его неудачными

шутками, - но Рик ее не слушал.

Долго вглядываясь в зеркало, он внимательно изучал свое

отражение. Чужое, бледное лицо совсем не подходило к

мрачному черному костюму цвета вороньего крыла.

Внезапно, что-то изменилось. Едва уловимые отличия в

отражении стали проявляться все сильнее.

В это было невозможно поверить: юноша в зеркале

нахмурился, сдвинул брови.

- Я никогда себе этого не прощу…

- Простишь, время лечит даже самые жуткие язвы, - ответил

двойник.

- Ты считаешь, я смогу жить с этим?

- А куда ты денешься… - На лице отражения возникла

самодовольная улыбка.

Дальше фортуна была не так благосклонна к ее покорному

рабу. Окончательно превратившись в марионетку: он

повторно опознал Клер, потерял сознание, покинув

мрачные стены морга, а чуть позже его ждал

попечительский совет, решавший дальнейшую судьбу

юного Джейсона, и новый удар…

Похороны должны были состояться сегодня же. Горожане

уже отнесли гибель Клер к невероятной череде странных

смертей поглотивших Прентвиль. И, конечно же, каждый

житель желал поскорее избавиться от окаянного тела, на

котором явно читались следы неведомого проклятия.

Никаких канонов, правил, устоев – страх перед безликой

Химерой рос с каждым часом. И теперь, любой запрет

рушился со скоростью выстрела. Если бы только мистер

Лиджебай дожил до сегодняшнего дня, он грубо осудил бы

малодушие городского совета, - но Рика сейчас заботили

мысли совсем иного характера. Он готовился уйти вслед за

Клер - единственный выход из жуткого лабиринта вечного

самобичевания.

Оливер суетился рядом, говорил без остановки, что-то

предлагал, боязливо озираясь по сторонам. Рик его не

слушал.

Зачем? К чему? Все равно конец будет один. Как только

церемония погребения закончится – Сквидли позовет его

вновь. И Рик придет. Не сможет сдержать себя, потому как

невозможно противостоять тому, кого нельзя называть

человеком.

Погода сокрушалась вместе с бесчисленной толпой

праздных зевак, которым было глубоко плевать на судьбу

бедной девушки. Они пришли сюда, чтобы обменяться

слухами, смело высказаться про огрехи власти и даже

проливной дождь был не в состоянии охладить их пылкого

желания. Впервые за последние пару недель весна

отвоевывала законные права у загостившейся зимы.

Она хотела тебя спасти,

Речь священника была в самом разгаре, когда Рик услышал

собственный голос. Его отражение вновь решило

заговорить с ним.

« Я устал бороться. А быть вечным рабом у Призрака… я

не собираюсь».

Священник запнулся. Несколько раз повторился,

произнеся имя Химеры. Толпа вздрогнула, припомнив всех

жертв неведомого монстра.

«Слышишь? Все они плавали под парусами «Бродяги» и

отсрочили свой конец. Но это был всего лишь вопрос

времени. Им всем уготована такая судьба. Одна на всех».

Разве всем?

«Ты это о ком? О Скитальце? Я думаю, что он уже давно

покинул город. В таких случаях своя шкура всегда ближе к

телу».

Голос священника затих. Закончив молитву, он

припомнил тех, кто отправился в мир иной не по своей

воле.

Улизнув от коварной судьбы, пираты сами вернулись в

город, из которого так отчаянно бежали много лет назад.

Их тянуло обратно, словно на привязи. И тот факт, что

пятеро из бывших каперов, после чудесного спасения вновь

оказались в Прентвиле, говорило о многом. «Бродяга»,

почивший на корабельном кладбище ни на секунду не

отпускал их помыслы.