kostik - Любитель историй

лоб – весь в отца… - на последней фразе Клер прервалась,

едва сдерживая нахлынувшие чувства. Грудь сдавило

удушающей волной и у нее впервые в жизни возникло

сомнение, что среди корабельных завалов, она сможет

отыскать Рика…

- Но ведь есть что-то еще, что выделяет его среди других? –

вмешался Руд.

Сначала Клер растерялась, а потом вспомнила и

поразилась проницательности старика.

- Знак, корабельная эмблема! - сбивчиво затараторила

гостья. - Понимаете?! Такая маленькая, на правом рукаве

темного цвета: на фоне развивающегося паруса две

трехгранные шпаги наперекрест. Рику подарили этот камзол

на четырнадцатилетие.

- Интересная нашивка. Что она символизирует? – удивился

Рун.

- Это камзол нашего отца. Он плавал на корабле… - начала

Клер.

- «Бродяга», - внезапно прошептала Руф. – Не может этого

быть!

- Вряд ли мы тебе поможем, - следом за женщиной, резко

отрезал Рун.

- И знать о нем ничего не желаем. Его среди нас нет и быть

не может, - огрызнулся старик и незамедлительно добавил: -

И тот, кто его разыскивает, нежелательный гость в наших

краях. Так что уходи девочка и не насылай на нас беду. Мы

свое уже отбоялись и не хотим влезать в чужие игры.

- Но… - Клер набрала воздуха, чтобы выдать гневную

тираду и осеклась.

Осклабившись и выпучив глаза, старик зло клацнул

зубами. Его лицо исказилось став похожим на акулью

морду. Поток ветра принес с собой едва различимое

перешептывание, словно сотни голосов в один такт

попытались прогнать девушку прочь.

- Пошла вон!

- Убирайся! Забудь сюда дорогу!

- Не приведи с собой зла!

Жужжащие голоса, поселившиеся в голове Клер,

обрушили на нее поток неисчерпаемых проклятий и

оскорблений. Отпрянув в сторону, она ощутила бешеное

биение собственного сердца. Охвативший ее озноб

вспыхнул с новой силой.

- Не береди наш покой! Не ты, не твой брат! Пусть

Бездушный плывет туда, откуда взялся!

Гигантские тени кораблей зашевелились, заворочали

гнилыми боками, будто готовясь к отплытию. Огонь вокруг

странной троицы вспыхнул, пожирая окружавшую их тьму.

Или это была всего лишь игра больного воображения?

Отшатнувшись, Клер почувствовала за спиной твердую

преграду. Выставив вперед длинные скрюченные пальцы:

Руд, Руф и Рун раскрыли рты, напоминая морских гадов,

готовящихся к трапезе.

- Что вы делаете? Остановитесь! – взмолилась девушка.

Но троица ее не слушала. Медленно приближаясь к

беспомощной жертве, они готовы были накинуться на нее в

любую секунду.

Внезапно, что-то лопнуло, и темное небо озарила яркая,

ослепляющая полоса. Заслонив лица руками, Руд и Руф

взвыли, а Рун не разбирая ничего вокруг, слепо уткнулся в

пузатый борт корабля.

Не помня себя и не разбирая дороги, Клер кинулась прочь,

подальше от кошмарных жителей берегового кладбища.

Длинные переулки, закоулки, тупики – она очутилась в

настоящем городе имевшем свои названия и обозначения

видневшиеся на фрегатах и баркентинах8, фелюках9 и

тартанах10. Корабельные снасти: кливеры, апсели, а также

фалы, шкоты и галсы образовав тугой клубок разделяющий

дорогу на две узкие колеи, заставил Клер сделать выбор.

Оступившись, девушка подалась вправо, утонув в

бесконечных узких коридорах. Две, некогда грациозных и

быстроходных бригантины, столкнувшись бортами, словно

в отчаянном морском сражении преградили беглянке путь.

Ладони уперлись в шершавую, заросшую мхом

деревянную преграду. Облупившаяся краска и лак,

осыпавшись, прилипли к нежной коже как мерзкие водные

паразиты. Короткими шажками, не сбавляя темпа, Клер

двинулась вглубь корабля, внезапно наткнувшись на

глубокий провал. Обломки досок торчали острыми

обрубками, а глубокая пробоина манила своей чернотой,

предлагая укрыться в своем чреве от всевозможных бед и

тревог.

Не раздумывая, Клер протиснулась внутрь, погрузившись

в кромешную тьму. Покатый пол вынудил девушку,

8 Баркентина - шхуна-барк; одна мачта с прямыми и две с косыми парусами);

9 Фелюка - две мачты, наклоненные к носу, с латинскими парусами

10 Тартана - одна мачта с большим латинским парусом.

заскользив по проходу, схватиться за верхние перекрытия и

почти ползком добраться до лестницы, ведущей на палубу.

Забившись в угол Клер, наконец, затихла в тревожном

ожидании.